В основу этой небольшой зарисовки легли реальные события.
— Господи, ты посмотри, какая она шикарная, — Дашка восхищенно восклицает, пялясь в экран моего смартфона, разглядывая Серябкину в красном боди. Очередной сексапильный клип "Серебра" не прошел мимо её зеленых глаз.
Я всегда удивлялся тому, как сильно она восхищается девушками. Нет, с ориентацией у неё все было в порядке, любовь к Кириллу была вечной и до гроба, но она превозносила женщин так же, как и я. И это удивляло.
— То есть, ты вытащила меня с зачёта, чтобы показать клип? — дожевываю свой салат, взятый в студенческом кафе и смотрю в упор на брюнетку и улыбаюсь.
— Ну ты же ведь сдал, — закатывает глаза и кладет ладонь на затылок, буквально тыкая меня носом в телефон, чтобы я любовался Олей.
— Сдал?! — восклицаю на все кафе, но тут же замолкаю, заметив на себе косые взгляды. — Ты ворвалась в аудиторию с криком о том, что мне нужен автомат. На меня смотрели, как не дебила.
— Но ты же ведь сдал, — спокойно повторяет, снова тыкая меня в экран.
Эта особа привила мне любовь к этой чертовой группе. Мы ходили как заведенные и орали их треки по всему универу. А когда Разумовская влюбилась в красное боди, я не мог больше терпеть.
— Если ты мне его подаришь, я буду ходить в нем по универу, — говорила она с улыбкой на лице, но я знал, что она ни разу не шутит. Она всегда была серьезна и безбашенна, наверное, по этой причине я так сильно её обожал.
Каждый третий считал, что мы спим, хотя это было далеко не так. Она любила и обожала Кирилла, а я был повернут на другой. В голове не возникало даже мысли о физической близости с ней. Нам было хорошо. Мы знали друг о друге непростительно много, вплоть до того, с кем и как я спал, и когда у нее критические дни.
Поэтому когда я подарил ей красное боди, на следующий день она явилась ко мне в таком виде. В своем бежевом пальто, под которым не было ничего, кроме этого слитного купальника, как у Серябкиной. Это был февраль. На четырнадцатое февраля она была моей валентинкой.
Я смотрел на неё и говорил, что эпатировать - это её. Я любил смотреть на неё, пока она разгуливает в своем красном наряде и рассказывает что-то. Я любил то, как она смеется и называет меня идиотом.
Она любила свое красное боди, а я обожал её.