Давным-давно, в 19-ом веке, в деревушке Дюклер, что близ Руана, жил себе-поживал некий мсьё Махенет. И торговал он утками.
Каждое утро Махенет набивал крякающими бедолагами корзины и вез их в Руан, на рынок. Утки, напиханные в корзины, как пассажиры в маршрутку в час пик, частенько по дороге попросту задыхались.
Задушенных уток мсьё Махенет придумал обжаривать, сохраняя сок и кровь внутри. Получалось нечто божественно вкусное, особенно если добавить соус из крови утки-удавленницы. Для добывания этого соуса житель Дюклера изобрел специальный пресс.
Долго ли, коротко, а утка по-дюклерски стала приобретать популярность. Другие повара тоже узнали рецепт и назвали его Caneton a La Presse. И вот уже в самом стольном граде Париже для уток наступили черные времена.
Уток принялись душить. Прямо голыми руками, с особой жестокостью.
Главным пиарщиком этого блюда стал шеф-повар парижского ресторана Tour d'Argent (,, Серебряная башня"), мсьё Фредерик. С 1890 года каждого клиента, заказавшего в этом ресторане прессованую утку, записывают в особый журнал. Наверно, чтобы кряквы, в случае утиного восстания, могли получить эти расстрельные списки гурманов для мести и расправы.
Итак, юную утку 6-8 месяцев от роду, безжалостно душили. Отрезали разные лишние запчасти, а правильно упакованную тушку обжаривали до полуготовности ок. 20 мин.
Затем тушку выносили в зал, к клиенту, где на специальном постаменте уже гордо возвышалось орудие утиных посмертных пыток – шикарный серебряный пресс.
Повар-палач удалял с тушки кожу, отрезал бедра, вынимал сердце, печень, отделял филе. Затем праздник расчлененки продолжался – специальным секатором кулинар дробил каркас птычки и засовывал утку в пресс.
И вот – под давлением серебряного пресса хрустят ломающиеся кости, в специальную чашу стекает кровь и сок раздавливаемых утиных потрошков.
Утка же полусырая, помним?
Итак, прессование закончено, дух утки, жалобно крякая, отлетает от места пыток. Повар, утирая пот, измельчает утиную печень, добавляет к ней кровь из-под пресса, немного теплой мадеры, коньяк, лимонный сок, соль, а также утиный крепкий бульон, сваренный из запчастей от предыдущих утко-мучениц.
Соус ставят на горелку и уваривают, постоянно взбивая, пока кровь не свернется и не загустеет, примерно до консистенции жидкого шоколада. При этом рядом еще и филе доготавливается. Его и подают гостю с кровавым соусом и яблочным суфле.
Как сказал бы Скрудж МакДак: грустно, но вкусно. И очень элитно. Так что, если хотите почувствовать себя злодеем и гурманом одновременно – вперед, за прессом для утиных истязаний!
Или приезжайте лучше в Париж! Ведь Caneton a La Presse популярно и по сей день. Так что, добро пожаловать в Серебряную башню! Там уже для вас утку задушили...