Бывает лишь два вида советов.
1.Что следует делать.
2.Что не следует делать.
Но не так все просто, поскольку следовало бы прежде выяснить, что клиент хочет, и чего не хочет. Сделать это можно напрямую, и косвенно.
Если спросить прямо, можно получить в ответ: Не знаю. Либо вымышленный вариант: Прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете, и…
Косвенно лучше задать открытый вопрос, или привести в воображаемую ситуацию: Представьте, что все будет благополучно, но для этого нужно определиться с намерениями, «Что бы сделали Вы, если бы получили любую возможность».
Есть еще загадки и коаны, подталкивающие к творческому решению проблемы.
Вариант «А как Вы сами думаете?» не подходит, потому что он лишь возвращает ответственность за себя на самого клиента. А к решению не побуждает.
Есть еще один косвенный способ – привести в ту ситуацию, в которой решение придет само собой, что сделать не просто.
Короче говоря, психологи как попугаи повторяющие друг за другом, что «психологи не дают советов», забывают, что психотерапия и основная психологическая работа происходит до «совета». И лишь в конце, итогом и благодарностью звучит совет, как подтверждение предшествующей деятельности.
Теперь снова вернемся к смыслу и отвлечемся от формы.
Любой тип взаимодействия можно легко уложить в структуру, называемую трансакцией, игрой, стратегемой, манипуляцией.
Отвлекаясь от интерпретаций, легко можем предположить, что во взаимодействии нет хорошего и плохого, поскольку это лишь моральная, этическая оценка факта.
Кто-нибудь сомневается, что любая психотерапевтическая деятельность не относится к схеме игры?
Как пишет не безызвестный Эрик Берн: «Игрой мы называем серию следующих друг за другом скрытых дополнительных трансакций с четко определенным и предсказуемым исходом. Она представляет собой повторяющийся набор порой однообразных трансакций, внешне выглядящих вполне правдоподобно, но обладающих скрытой мотивацией; короче говоря, это серия ходов, содержащих ловушку, какой-то подвох. Игры отличаются от процедур, ритуалов и времяпрепровождений, на наш взгляд, двумя основными характеристиками: 1) скрытыми мотивами; 2) наличием выигрыша. Процедуры бывают успешными, ритуалы эффективными, а времяпрепровождение - выгодным. Но все они по своей сути чистосердечны (не содержат «задней мысли»). Они могут содержать элемент соревнования, но не конфликта, а их исход может быть неожиданным, но никогда - драматичным. Игры, напротив, могут быть нечестными и нередко характеризуются драматичным, а не просто захватывающим исходом».
Отвлекаясь от морально-этических оценок ситуации (стратегии, игры, трансакции, взаимодействия) легко можно подвести итог: любой совет ничем не отличается от какого-либо иного типа взаимодействия.
Еще можно заметить, что все эти типы взаимодействия существовали всегда, и были великолепно разработаны и использованы, а как они стали называться позже не имеет значения. Приспособили ли эти типы взаимодействия под свои теории Фрейд, Бендлер-Гриндер, Лефевр, Хомский, другие мыслители, не имеет никакого значения.
И попробуйте опровергнуть, что совет как форма взаимодействия тоже существовал всегда и прекрасно работал, выполняя свою функцию.
«Книга не исчерпывает слов, слова не исчерпывают мыслей», - гласит мудрая китайская пословица.
Я бы «перевел» эту пословицу на истинно западный образ мировоззрения иначе: «То, что представлено в книге, лишь часть правды, а вся правда содержится лишь в мыслях, которые интерпретируюся в соответствии с актуальностью». Хотя переводить и не требуется, а лишь упомянуть, что постправда (часто являющаяся завуалированной ложью) истиннее здравого смысла.
