Вторая часть. См. НАЧАЛО
Кирилл Мошков,
редактор «Джаз.Ру»
«Теаджаз» (писали также «Теа-джаз»: это сокращение от «театрализованный джаз») Леонида Утёсова был создан осенью 1928 года и через полгода репетиций, 8 марта 1929, впервые вышел на сцену. Ирония судьбы заключается в том, что «новаторский советский оркестр» был создан по американскому образцу: путешествуя в 1928 г. по Европе, Утёсов побывал на концерте американского джаз-оркестра Теда Льюиса, который поразил его театрализацией своей концертной программы.
Ted Lewis and his Band были одним из самых популярных белых джазовых оркестров 1920-х гг.; трудно назвать их пионерами джазового музицирования, но в разные годы через оркестр прошло много известных в будущем джазовых солистов (например, Бенни Гудман), манера игры оркестра была достаточно свингующей (до экстравагантности), а сам Тед Льюис представлял собой характерный тип шоумена-развлекателя, который не только пел и играл на кларнете, но и танцевал, и разыгрывал со своими музыкантами (зачастую облачёнными в какие-то клоунские балахоны) юмористические скетчи. Именно в таком «синтетическом» шоу, соединявшем джазовое музицирование, эстрадный театр миниатюр и популярные песни, Утёсов увидел своё артистическое будущее.
Первая программа утёсовского «Теаджаза» была в определённом смысле ученической; почти никакого оригинального репертуара у оркестра не было, и «Теаджаз» пытался играть американский джаз, старательно копируя западные аранжировки. Например, в знаменитой пьесе «Конго» оркестр имитировал аранжировку самого Кинга Оливера.
Но джаз составлял только часть репертуара этого «джаза»: более объёмная часть программы состояла из «песен разных народов» (в основном народов СССР — так, одним из самых популярных номеров оркестра стала грузинская песня «Где б ни скитался я») и вообще песенных номеров, включая прославленную ещё участием Утёсова в спектакле «Республика на колёсах» одесскую уличную (тогда ещё не говорили «блатную») песенку «С одесского кичмана» (впоследствии в репертуар Утёсова вошли и другие «перлы» этого жанра — «Лимончики» и «Гоп со смыком»).
СЛУШАТЬ: «Теаджаз» Леонида Утёсова — «С одесского кичмана»
Тем не менее, значительная часть программы была инструментальной; верный своему театральному кредо, Утёсов пытался разнообразить сценическое воплощение музыкальной программы — инструменталисты у него получили актёрские амплуа, разыгрывали какие-то сценки, расхаживали по сцене. К вящему удовольствию публики, в представлениях «Теаджаза» было много эксцентрической комедии, в которой Утёсов буквально купался. Но это нравилось не всем участникам оркестра: за первый год выступлений «Теаджаза» сменилась почти половина его музыкантов.
ВИДЕО: сохранившиеся отрывки спектаклей «Теаджаза»
Критика не была единодушна в отношении «Теаджаза», но в историю вошёл отзыв театроведа Симона Дрейдена, опубликованный в журнале «Жизнь искусства» (№6, 1929).
«Наши американцы» успели в достаточной степени скомпрометировать джаз.
Соберутся пять-шесть унылых людей в кружок и с измученными лицами — жилы натянуты, воротнички жмут, улыбаться неудобно — «Мы же иностранцы!» — начинают «лязгать» фокстрот. Весело, как в оперетте!..
И вот — теаджаз. Прежде всего — превосходно слаженный, работающий, как машина — чётко, безошибочно, умно, — оркестр. Десять человек, уверенно владеющих своими инструментами, тщательно прилаженных друг к другу, поднимающих «дешёвое танго» до ясной высоты симфонии. И рядом с каждым из них — дирижёр, верней, не столько дирижёр (машина и без него задвигается и пойдет!), сколько соучастник, «камертон», носитель того «тона, который делает музыку».
Вторил Дрейдену, хотя и в ином ключе, и рецензент харьковской газеты «Пролетарий», который так отреагировал на гастроли «Теаджаза» (статья подписана «С. Гец»):
Репертуар утёсовского теаджаза весьма разнообразен и многосторонен. Тут и негритянская колыбельная в ее чистом этнографическом виде, но с умелыми словесными комментариями, тут и классический «Золотой петушок» Римского-Корсакова, неожиданно по-новому зазвучавший, переведённый на синкопический ритм, тут и своеобразный пионерский марш, тут, наконец, и яркая подача [стихов] Багрицкого под джаз-бандный аккомпанемент.
Все это наполнено бодростью, жизнерадостностью, смехом, весельем.
Буквально вентилируешь усталые за день мозги, получив порцию утесовского теаджаза… Учащённый (синкопический) ритм и темп соответствует бурным, стремительным темпам нашей жизни.
Первая запись оркестра Леонида Утёсова была сделана самым первым составом ещё в 1929 г., всего через год после первых записей «советского джаза» (напомню: первым из советских джазовых коллективов записался на пластинку «АМА-джаз» Александра Цфасмана в 1928 г.), но это всего одна пьеса — «Пока», и сказать по ней что-то определённое очень трудно: это ещё совершенно ученический опыт. Значительная часть первой программы «Теаджаза» была записана с 1932 по 1934 годы. Однозначно определить эти записи как джаз довольно сложно. Скорее можно воспользоваться определением Баташёва и назвать это «минорной синкопированной музыкой». Тут есть всё: и клезмер, и молдавская плясовая, и сладостный русскому уху минор, и пресловутые синкопы — куда же без них. А в «Конго», камерной «Блюз для троих» и особенно в пьесе «Арабелла» слышны попытки музыкантов «Теаджаза» импровизировать — попытки ещё очень наивные, неуклюжие, но искренние; и при этом неизгладимый одесско-молдаванский оттенок минорной синкопированной музыки всё равно невозможно не ощутить.
СЛУШАТЬ: «Теаджаз» Леонида Утёсова — «Арабелла», «Блюз для троих», «Сюита» и «Еврейская рапсодия» Исаака Дунаевского, 1932
Михаил Ветров, Яков Ханин – трубы, Валентин Ершов – тромбон, Николай Рукавишников, Орест Кандат, Изяслав Зелигман – альт-саксофоны, Аркадий Котлярский – тенор-саксофон, Юрий Капецкий – туба, Альберт Триллинг – скрипка, рояль, Николай Минх – рояль, аккордеон, Борис Градский, Николай Виниченко – банджо, Зиновий Фрадкин, Николай Самошников – ударные (состав оркестра середины 1932, когда в кабинете Музобъединения ВСНХ РСФСР были сделаны эти записи; точный состав в каждом конкретном треке неизвестен)
И даже эти инструментальные записи почти совершенно тонут в огромном (минимум вчетверо большем) количестве пластинок той поры, на которых «Теаджаз» просто аккомпанировал Утёсову, певшему самый разнообразный и, как правило, совершенно неджазовый репертуар. Впрочем, и здесь встречались свои маленькие шедевры, особенно в более поздний период, когда после обусловленного политико-административными причинами «великого молчания» 1935-37 гг. советские «джазы» снова стали записывать на пластинки.
Первый период борьбы с джазом Утёсов прошёл безболезненно — потому, что в 1934 г. внезапно стал одним из самых популярных киноактёров в СССР. Ему приходилось сниматься и раньше (ещё в немом кино), но роль пастуха Кости Потехина, становящегося лидером популярного оркестра, стала ярчайшей работой Утёсова на киноэкране. Фильм «Весёлые ребята» («джаз-комедия», как было написано на плакатах к фильму и в оригинальных титрах), снятый режиссёром Григорием Александровым с музыкой Исаака Дунаевского и Утёсовым в главной роли, оказался одной из самых популярных картин советского кино за всю его историю. Основными факторами популярности фильма, по всей видимости, оказались грубоватый и простоватый юмор, понятный максимально широкой аудитории, мощные мелодии Дунаевского и типично голливудские трюки, «гэги» и драки, скопированные Александровым из виденных во время поездки по США фильмов ученика Евгения Вахтангова — Рубена Мамуляна, эмигрировавшего в США в начале 20-х.
ВИДЕО: сцена из фильма «Весёлые ребята» (вокал: Фёдор Курихин, Леонид Утёсов, Любовь Орлова)
История фильма оказалась непростой: в середине 50-х Александров переделал фильм — заменил титры (в частности, исчезло определение «джаз-комедия»), но главное — переозвучил его, заменив в фонограмме голос Утёсова, и лишь двадцать лет спустя утёсовские песни и игра его оркестра начали постепенно возвращаться в звуковую дорожку фильма.
Только 14 марта 2010 года фильм был показан по российскому телевидению с полностью восстановленным первоначальным звуком, а также оригинальными начальными мультипликационными титрами (правда, при этом фильм из оригинального чёрно-белого был компьютерным способом сделан по заказу «Первого канала»цветным; реставрированный фильм в двух вариантах — чёрно-белом и цветном — выпущен на DVD).
Фильм никогда не вышел бы на экраны, если бы не понравился Главному Кинозритель. Мнение партийных культурчиновников склонялось к запрету фильма и списанию потраченных на него средств. Однако начальник Главного управления кинофотопромышленности (ГУКФ), заместитель председателя Комитета по делам искусств при СНК СССР Борис Шумяцкий, де-факто исполнительный продюсер всей советской киноиндустрии, лично патронировавший работу над фильмом, в июле 1934 добился просмотра рабочей сборки киноленты на ночных посиделках в личном кинозале Сталина, и Главный Кинозритель отнёсся к «джаз-комедии» весьма благосклонно. Лента была рекомендована к прокату, и успех её у советского зрителя оказался невероятным. Мало того, картина была продана и на зарубежные рынки и даже шла в США под названием «Moscow Laughs» («Москва смеётся»). Утёсова много и жёстко критиковали впоследствии в ходе так называемой «газетной дискуссии о советском джазе» в конце 1936 — начале 1937 гг., но благосклонность Сталина сохранила его оркестр от роспуска, а советский джаз — от полного запрета. Мало того, в конце 1930-х на базе «Теа-джаза» Леонида Утёсова был создан Государственный джаз-оркестр Российской Советской Федеративной Социалистической Республики, и одесский эстрадный артист был назначен его руководителем...
ОКОНЧАНИЕ СЛЕДУЕТ (читать финальную, третью часть по ссылке)
Текст выходил в бумажном «Джаз.Ру» №2-2010 (№27) к 115-летию со дня рождения артиста. В онлайн-версии впервые опубликован в 2016, в 2020 обновлён к 125-летию артиста.
Понравилось? Ставьте лайк (значок с большим пальцем вверх) и подписывайтесь на канал, чтобы увидеть новые публикации!