И вот, представьте себе такую фантастическую картинку. 1941 год. Третий Рейх в самом расцвете. Вся Европа у них под ногами. И вот некий инженер, или рабочий, скажем, какой-нибудь усредненный Петер Шульц приезжает летом с семьёй на свой немецкий курорт отдохнуть. Сходит с поезда и видит перед собой белоснежные корпуса на берегу моря, за оградой на пляже нежатся загорелые бюргеры. Ну и конечно Петер Шульц думает себе: "Зер гут! А почему бы и нам тут не пристроиться?" Но, как только они приближаются к воротам, выскакивает из будки часовой с автоматом и вежливо так просит: "Аусвайс, битте!" (Документики, то бишь). Шульц, ничего не подозревая, показывает свой аусвайс и слышит в ответ "Цурюк!" - то есть, вали назад со своими чемоданами и киндерами!Шульц, известное дело, начинает возмущаться: Как же так! Я же гражданин великой Германии! "В том-то и дело, что Германии ,- отвечает часовой. А наш санаторий предназначен исключительно для оккупированных нами народов - для поляков, русских, белорусов. А нашим немцам мы рекомендуем частный сектор. Вон за железной дорогой старушка сдаёт комнатушку. Со всеми удобствами. Во дворе. И до моря - всего-ничего - 20 минут быстрым шагом".
Скажете, бред? Но аналогичная история произошла с моей семьёй, когда мы захотели в 70-е годы не то, что поселиться, а просто зайти в кафе на территории туркомплекса в Пицунде( см. картинку выше). Охранник тут же пресёк все наши попытки. А мимо нас, весело болтая входили в этот рай и выходили обратно поляки, немцы , чехи, румыны... Ну, в общем, все те, кого мы так вероломно оккупировали и так страшно угнетали. Постояли мы, потоптались, и отправились к себе в сарайчик к тёте Вере
Приходилось нам с супругой иногда посещать не только наши юга, но и "оккупированные" нами территории восточной Европы. Чаще всего мы бывали в ГДР и ПНР. Правда, мы тогда ещё не знали, что мы оккупанты. А то , наверное, вели бы себя, как они у нас в 40-е. Заходили бы к ним в дома и с ходу орали "Матка! Яйки, курки, млеко!!! Шнель, шнель!" Помню, тёща моя, которой в 1941 было лет 13, рассказывала, что ответила немцу на это требование "Моя мама не курица и яиц не несёт". Тогда второй фашист передёрнул затвор шмайсера и сказал "мамке" по-русски, но с польским акцентом: "Если через 10 минут тут не будет яиц и молока, я тебя, курва, расстреляю со всем твоим выводком!" Дело было в Белоруссии в конце июня 1941 года...