Мы с братом, будучи студентами, решили подработать во время летних
каникул - месяц повкалываем, а на заработанные деньги месяц оттянемся
на море. Халтуру нашли поблизости от дома (мы жили в Новой деревне -
район Ленинграда) - это была мебельная фабрика, расположенная на
Черной речке - выше места дуэли Пушкина по течению, рядом с
Серафимовским кладбищем - теперь там все застроено (Комендантский
аэродром). Выпускала эта фабрика отнюдь не мебель, а паковала
тряпичные отходы, привозимые со всего города, в брикеты, килограмм по
30, а кроме того - какие-то нетканые материи, сырьем для которых служил
хлопок, спрессованный в кипы, стянутые обручами из проволоки. Возили
эти кипы на специальных тележках - "медведках", что было нетрудно,
главное сохранять равновесие, потому как если кипу уронить на бок, то в
одиночку ее было не поднять: весила она 300 кг. Самое прикольное было
распаковывать кипу перекусывая проволочные обручи - она на глазах
вспухала, увеличиваясь в объеме раза в 2. Кроме того в нашу обязанность
входила очистка фильтров системы вентиляции фабрики. Они были в
специальном помещении и представляли собой мешки из материала,
надетые на окончания вентиляционных труб, похоже на фильтры бытовых
пылесосов, только гораздо больше. Их надо было снять, вытряхнуть
содержимое в специальную тару и очищенные одеть обратно на трубу. Не
смотря на респираторы в которых мы работали, потом во время мытья в
душе и по дороге домой пыль выходила из наших легких еще минут сорок.
Веселым занятием была и уборка кучи тряпья, которую сваливали прямо
во дворе фабрики. Там легко было найти остро модные тогда нейлоновые
носки (мечта фарцовщика), главное подобрать пару, или другие изделия
из синтетики, почему-то списанные в брак. Здесь главную роль играла женская часть коллектива, но и нам кое-что перепадало. Потом это тряпье
брикетировали и мы должны были складывать брикеты под навесом в
аккуратные штабели, из которых ночная смена грузила машины,
увозившие готовую продукцию. Эта работа была довольно занудной, но,
освоившись на фабрике, мы сумели привнести в нее свою свежую струю.
Обычно высота штабеля была в 3 слоя брикетов, что соответствовало
росту человека. А навес имел высоту метра 4,5. Вот тут-то и открылся
простор для творчества. Сначала решили складывать брикеты в 4 слоя и
чтобы это реализовать уже требовалась определенная сноровка. Ночная
смена на это никак не среагировала и было решено усилить прикол.
Забрасывать брикеты в пятый слой было уже откровенно трудно, но
будучи ребятами крепкими ради идеи не пожалели сил. Ночная смена
опять промолчала. Шестой слой без приспособлений было не заложить,
пришлось одолжить стремянку у электрика, а уж с ней-то было возможно
сложить штабель и в 8 слоев - выше не позволял навес. Закончив смену,
усталые, но довольные ушли домой. Тут уже ночные не выдержали. Утром
нас поджидал бригадир их смены с еще одним "коллегой". Оглядев нас,
они ограничились только вербальным внушением, но зато так оснастили
его обсцентной лексикой, что только полный идиот не понял бы причину
их недовольства (тем более, что электрик на ночь запирал стремянку).
Короче мы узнали, что нечего из работы устраивать "олимпийские игры и
всякие, там, соц. соревнования". А тут вскоре закончился срок нашего
пребывания на фабрике, после которого последовал желанный отпуск
у моря. Я еще долго донашивал натыренные нейлоновые носки, пока
синтетика не вышла из моды.
