Пациенты американского доктора Генри Коттона могли сказать, что методы лечения клинической психиатрии в прошлом часто не включали пытки. Сотни погибших и тысячи искалеченных людей. Это был баланс бывшего директора и руководителя Трентонской государственной больницы, одной из крупнейших психиатрических больниц Нью-Джерси.
Перспективный студент-психиатр, проходивший европейские стажировки под руководством легенд Эмиля Крепелина, Алоиса Альцгеймера и Адольфа Мейера, стал директором больницы всего в тридцать лет. В своей практике он следовал идее Майера о том, что бактериальная инфекция может быть причиной психического заболевания, и довел ее до крайности. Воодушевленный сообщениями 1913 года, которые подтверждают, что бактерии, вызывающие сифилис, приводят к поражениям головного мозга, приводящим к деменции, он начал применять извращенные эксперименты к своим пациентам.
Зубы являются источником всего зла
Поскольку пенициллин все еще ждал своего открытия, единственным возможным способом удаления инфекции из организма была операция. Он начал назначать своим пациентам радикальные операции по удалению зубов.
У него у самого были вырваны зубы, и не только, и его жены и двух сыновей в качестве профилактической меры для предотвращения риска заражения, что может доказать его веру в свою теорию.
Если после удаления зубов не происходило никаких изменений у пациентов, он приступал к миндалинам. Если даже удаление миндаля не помогло, он выбирал другой потенциально опасный орган. Пациенты теряли свои селезенки, толстую кишку, и другие органы в большом количестве во время его сумасшедших операций.
Каждый третий пациент перенес операцию. Тем не менее, было множество смертей из-за плохого физического состояния его пациентов из-за хронического психоза. С другой стороны, среди немногих выживших Коттон сообщил о высокой степени успешности лечения. И научное сообщество хлопнуло его по плечу.
Только до тех пор, пока доктор Адольф Мейер не отправил к нему своего сотрудника Филлис Гринакр, чтобы надлежащим образом задокументировать практику его бывшего студента. Но к тому времени, как Гринакр вошла в Трентон, стало очевидно, что чудес здесь не происходит.
Вскоре Коттон покинул государственную больницу и открыл собственную частную практику, где он с радостью продолжал свои безумные операции до своей смерти в 1933 году.