"Давай лучше не будем рожать второго ребенка", - говорил Игорь Ирине, - "Пусть все внимание будет Олежке".
Олежка родился абсолютно здоровым ребенком - 4100, богатырь! Ирина и Игорь не могли надышаться этим счастьем, сыном, друг другом. А ровно через год все оборвалось: высокая температура, судороги, две недели в реанимации. Менингит. Седой врач-реаниматолог, передавая повисшего, увешанного трубочками малыша Ирине, опустил глаза и сказал: "Думали, не вытащим. Держитесь".
Ирина не поняла, что он имел в виду. Вытащили же, спасли! Только через полгода она осознала, что ее драгоценный улыбчивый сынок уже никогда не будет таким, как прежде. Ребенка долбили судороги практически круглые сутки, он перестал не только ходить, но и сидеть и даже голову держать. Еле-еле получилось слезть с зондового питания и пару недель назад Олежка снова стал улыбаться маме и папе. Впереди была инвалидность, с которой Ирина и Игорь долго не могли смириться, реабилитация, врачи, и спрятанный на дальнюю полку альбом с фотографиями первого Олежкиного года, на которые без слез смотреть было невозможно.
Когда Олегу исполнилось пять, жизнь была вполне устоявшейся. Быт налажен в изменившихся условиях, Ирина уволилась и занималась ребенком, Игорь работал. На все хватало. И Ирина начала думать о том, что пора родить еще хотя бы одного ребенка. Ей нужен был здоровый малыш, она обожала Олежку, но хотела быть и самой обычной мамой тоже. Игорь некоторое время молчал, а потом сказал: "Давай не будем рожать второго, пусть все внимание будет Олежке. Да и у нас сейчас все так хорошо устроилось, не хочется спокойную жизнь менять".
Ирина была не согласна, но она любила мужа и расстраивать его, а тем более ссориться, не хотела. Решила, что убедит со временем.
Но время шло, Олег уже и паспорт давно получил, а все, чего смогла добиться Ирина от Игоря: может быть, когда-нибудь, попозже. Ирина жила насыщенной жизнью, организовала свой бизнес, волонтерила, любила мужа и сына и была счастлива. Но ребенка очень хотелось, и она понимала, что у нее времени остается все меньше и меньше - ей было уже 39.
Однажды Ирина взяла телефон Игоря, чтобы позвонить няне - в ее аппарате села батарейка. И на экране появилось сообщение мессенджера: "Победил в городских соревнованиях", и фото мальчика лет четырнадцати в кимоно и с кубком в руке. Как две капли воды похожего на Олежку. И на Игоря. Ирина пролистала чат вверх. Там было множество фотографий этого ребенка с комментариями, а также просьбы Игоря прислать фото, вопросы о здоровье, школьных делах, подарках ко дню рождения. И обещания приехать.
Ирина была в шоке. Вывод был однозначный: сын. Подошедший Игорь не стал этого отрицать. Все эти годы у него был ребенок от другой женщины.
Он познакомился с ней в одной из командировок. У Олежки был тогда самый тяжелый период, Ирина плотно занималась им, да и Игорь тоже. А тут внезапная симпатия, страсть, такая легкость и можно ни о чем не думать... Игорь быстро опомнился. Он ведь любил жену и сына, и даже не думал их бросать. С любовницей объяснился, и она все поняла и настаивать ни на чем не стала. Но через месяц по телефону сообщила, что беременна. Ничего не требует, но решила, что Игорь должен знать.
Он не мог остаться в стороне. Звонил, интересовался, помогал деньгами, когда было нужно, стал ездить к сыну, Руслану, когда тот подрос. Общался с ним, отвел в первый класс и научил ездить на велосипеде. С матерью Руслана никаких отношений не имел: он действительно любил Ирину. И не хотел еще одного ребенка, потому что боялся не справиться, не потянуть. Руслана он тоже любил и не мог бросить.
Ирина не смогла простить мужа сразу. Не за измену, а за то, что он не дал ей шанса на здоровое материнство, о чем она так мечтала, так просила его много лет, сам при этом имея ребенка на стороне - его отцовский инстинкт был удовлетворен. Некоторое время они не жили вместе, но потом женщина нашла в себе силы для прощения. Через два года у Ирины и Игоря родилась дочка.