События в Европе, где каждая страна сегодня гибнет в одиночку, подтверждает то, что европейцы забыли историческое предупреждение Горация «Дело дошло до тебя, если дом загорелся соседний».
История с коронавирусом отчетливо показала, что Евросоюз есть, а союза Европы нет. Просто договорились убрать границы и называться европейцами, забыв о том, что за каждым явлением должна стоять идея, которая ее незримо держит. Кстати, о необходимости этой идеи предупреждал еще в 1992 году еврокомиссар Ж.Делор: «Мы не достигнем успеха в деле строительства Европы, если ограничимся юридической экспертизой или экономическими ноу-хау… Если в ближайшие десять лет мы не сможем дать Европе душу... мы проиграем партию». В 1995 г. была создана структура «A Soul for Europe», которая должна была объединить духовно и идейно все страны единой Европы. Задача не была решена, потому что ее невозможно было решить.
Оркестр в 1000 человек неуправляем дирижером, здание в 1000 этажей перестает быть архитектурой, 28 очень разных стран нельзя объединить идеей, если это не сверхидея с колоссальным объединительным потенциалом, но, идя по этому пути, неизбежно придешь к тоталитаризму. А других путей нет. Любая другая идея, растянутая на такое огромное пространство, теряет творческую энергию и мобилизационный потенциал. Движение по этому пути уже привело античную греческую цивилизацию к гибели – попытка объединить античной культурой громадные территории привела к ее упрощению, «опопсению» (для Египта Нового царства античная культура была аналогом американской поп-культуры в экспортном варианте для нынешней Европы) и, в конечном итоге, к тому, что она опошлилась. Мещанство, перефразируя Мережковского, стало «последней формой греческой цивилизации».
Европа последних десятилетий это Европа усталой, подержанной, мещанской цивилизации, которую заполонили даже не мигранты, а существа со стертыми половыми и возрастными признаками, обкуренным мировосприятием, вечно беззаботных, непреодолимо томных, непрестанно перепархивающих от впечатления к впечатлению, из страны в страну, ситуационно меняющих друзей, подруг, флаги на донжонах. Кликтивизм вместо гражданской позиции, всепрощение вместо порядочности, лайки вместо чувств, музыка в ушах, не допускающая в голову мысли, комфорт как необходимое условие существования. Тип «желудочно-полового космополита», описанного еще Салтыковым-Щедриным, вдруг ожил и распространился, не сдерживаемый никакими границами.
Но пришла беда. И обнаружила, что под толщей комфорта, мультикультурализма, толерантности никого нет. Вернее, есть слабое, безвольное, парализованное страхом существо, которое готово уступить этому страху все – и близких и дальних и все договоры и все условности, отказаться от всех честных слов и клятв и «спрятать тело жирное в утесах». Опасность, которая должна сплотить и мобилизовать, размела всех, как пыль веником, по щелям. Высокие идеалы западноевропейской цивилизации обнулились за пару недель, из рамок цивилизации стали выпадать целые страны.
Это расплата за фальшивый, пластиковый мир. И это шанс. Кто сможет его использовать, тот откроет новую страницу в истории цивилизации.