как колос пшеницы, который утоляет голод. Ты-прибежище, капитуляция этого мечтательного поэта,
ад моей кровати и огонь моего желания.
Не говоря уже о моём стихе в глаголе, к которому он пригласил его
чтобы я согласился с тобой и простил мне Академию.
но ты для меня идеальная бесконечность.