Во-первых, редактура – это важно. С помощью редактуры из куска ценной горной породы достаётся и получает огранку бриллиант. Во-вторых, существует не только практика редактуры, но и переписывания текста. В этом нет ничего зазорного. Более того, многие именитые авторы (Гоголь, Толстой, Брэдбери, Кинг и т.д.) по многу раз переписывали/ют текст.
С художкой это работает на 100%.
И вот 3 приёма, которые помогают мне “подсветить” текст, посмотреть на него свежим взглядом и, как результат, сделать его сильнее.
Перевод текста/разные носители
Если на конвертации валюты теряешь, то на конвертации текста выигрываешь. Мне повезло, я одинаково пишу на белорусском и русском языках. Поэтому могу свободно перевести текст с русского на белорусский и обратно. И тогда сразу видны слабые моменты в повествовании, откровенно кривые фразы, неточные слова. К тому же при переводе сразу включается матрица другого языка и текст, как будто читаешь впервые*. Пока перевожу, переписываю текст, улучшаю его, редактирую. И так два раза. Получается мощно.
Приём хорош, если вы знаете два языка на уровне носителя. Скажем, я дипломированный переводчик. Перевести художку С английского – легко. А вот переводить НА английский, даже свою, – не рискую. Тут нужно совершенно другое прочувствование языка.
Так что если у вас имеется комбинация двух языков, которыми вы одинаково хорошо владеете, обязательно попробуйте параллельный перевод.
Если нет, неплохо работает:
- Писать и редактировать на разных инструментах (комп, мобильник, блокнот, распечатки)
- Поменять шрифт и цвет (и фона, и букв)
- Открыть текст в новом редакторе
* Это, кстати, вам лайфхак, как “развидеть” фильм или книгу и прожить эмоции по новой.
Тексту нужно отлежаться
Отлежаться до такой степени, чтобы автор его забыл. Но при этом чтобы сюжет и эмоции были прожиты до той степени, что уже не вызывают трепет. И тогда автор может воспринимать текст просто как текст.
Если глаз “замылен”, то тупо не видишь опечатки. Если эмоции всё ещё берут по-живому, то не сможешь спокойно вырезать лишнее, не сможешь переписать фразу, не сможешь объяснить там, где требуется дополнение.
Для коротких рассказов мой срок – 2 недели.
Для рукописей – 2-6 месяцев. Зависит от того, как долго до этого шла работа над собственно текстом.
А то как в недавнем тексте написала “в под норой жил хоббит”. Говорят мне: чё-т не по-русски. Что не по-русски? Смотрю в упор. Не вижу. Потом мне капсом написали. И я расхохоталась. Это же моя саморедактура в воздухе. Т.е. сперва подумала “в норе жил хоббит”. А пока писала подумала, что лучше сказать “под холмом жил хоббит”. Думаю и пишу одновременно. И фразу сразу правлю. А думаю я ещё быстрее, чем говорю:) Но пока текст не отлежался, даже самые диковинные обороты не видишь.
Красота в глазах смотрящего
Это об умении в один прекрасный день остановиться и напечатать последнюю точку. Посмотреть на текст с любовью и сказать: “Нет, всё же ты хорош. Точка”. И прекратить шлифовать и шлифовать, шлифовать и шлифовать.
С другой стороны, важно не перейти тонкую грань графомании. Это когда человек вообще не желает хоть как-либо редактировать текст. А на любые правки возмущается: “Это мой авторский стиль!” Ну, да, скажи это старику Хэму...
А как у вас дела с редактурой? Дружите?