В 1876 году двадцативосьмилетний Гюстав Кайботт, сильно удрученный преждевременной кончиной своего брата Рене, составляет завещание в котором он отдает распоряжение по поводу своей коллекции импрессионистов:
«Я передаю в дар государству картины, которые мне принадлежат; только при условии…что эти картины не останутся на чердаке, ни в каком-нибудь провинциальном музее, а будут выставлены в Люксембургском дворце и позднее - в Лувре; нужно чтобы прошло немного времени для исполнения этого условия, пока публика- я не говорю «поймет», но примет эту живопись. Понадобиться быть может лет двадцать, а то и больше; а пока мой брат Марсьяль - а в случае его смерти, другой из моих наследников - будет их хранить».
Кайботт использовал свое состояние, которое он получил после смерти родителей, для финансирования различного рода хобби: он занимался разведением орхидей, строительством яхт, собрал впечатляющие коллекции марок и картин.
Картины своих друзей художников он собирал в течении шести лет, чем помог многим с финансовой точки зрения, так как в эпоху своего появления спрос на импрессионистов практически отсутствовал. Коллекция Гюстава Кайботта насчитывала полотна Камиля Писсарро (19), Клода Моне (14), Альфреда Сислей (9), Эдгара Дега (7), Огюста Ренуара (10), Поля Сезанна (5) и Эдуара Мане (4).
После смерти Гюстава Кайботта в 1894 году, коллекцию восприняли как подарок с подвохом. Люксембургский дворец, который хранит картины живых мастеров, должен был принять это наследие, но став со временем святая святых официального искусства, он никак не имел возможности положительно решить вопрос.
Споры о принятии коллекции долго не утихали Художник-академист Жером срывался на крик: «Принять подобную мерзость для правительства было бы равносильно моральному падению».
В феврале 1896 года оно, наконец, заключило соглашение с Ренуаром, который был душеприказчиком Кайботта, согласно которому тридцать восемь картин были размещены в Люксембургском дворце. Остальные двадцать девять картин (одну Ренуар взял в качестве оплаты за свои услуги душеприказчика) предлагались французскому правительству ещё дважды — в 1904 и 1908 годах, и оба раза был получен отказ. Когда правительство наконец попыталось потребовать их в 1928 году, этому воспротивилась вдова сына Кайботта. Большинство оставшихся работ были приобретены C. Альбертом Барнсом и в настоящее время принадлежат Фонду Барнса в Филадельфии.