Москва. Зима 1986 Опять школа. Самое лучшее в это время - поболеть. Потереть незаметно градусник, претвориться бедненьким и несчастненьким, подловить доброе расположение мамы и вуаля: неделя без школы и ее злобных обитателей! В большой комнате, где стоял телевизор, сдвигались друг к другу два кресла, получалась кровать. На письменный стол, возле кресел, ставились чай, сушки, сухофрукты, резанные яблоки и разные орехи. Ребенок болеет! Ему самое полезное и вкусное. Как же я любил так поболеть! Да и сейчас не против... В этой комнате ещё стоит старое, черное пианино - инструмент четырехлетних пыток надо мной. Я победил в неравной схватке и не стал пианистом. Яркий дневной свет косыми лучами упирается в ножки пианино и хромированную педаль. Я слежу за пылинками, которые пляшут в лучах зимнего солнца. Задумчиво поедаю лакомства со стола. И снова погружаюсь в чтение. "Записки о Шерлоке Холмсе", " Три мушкетера", "Капитан Блад", а может быть "Карлсон, который живёт на крыше"? Я всегда чит