Иван Сухинов — типичный декабрист «второго ряда», каких было несколько сотен. Из небогатых дворян Херсонской губернии, ветеран войны 1812 года, участник Заграничного похода русской армии. Член Южного общества, принимал активное участие в восстании Черниговского полка зимой 1825-1826 года. После подавления восстания имел возможность бежать в Австро-Венгрию, но, по его запискам, не стал этого делать, помня о судьбе арестованных и осуждённых товарищей. Приговорён судом к лишению чинов и дворянства и бессрочным каторжным работам.
Иван Сухинов даже среди декабристов выделялся свободолюбивым нравом и твёрдостью духа. Весь путь от Кишинёва, где он был арестован, до забайкальского Зерентуя, длившийся более полутора лет, декабрист проделал пешком, в кандалах, принципиально отказываясь при случае подъехать на телеге. Открыто заявлял о своём намерении продолжать борьбу с царским правительством и во время своей сибирской каторги, любыми доступными средствами.
Пользовавшийся дурной славой у каторжан Зерентуй, свинцово-серебряный рудник, место с тяжелейшими условиями работы и содержания, окончательно убедил Сухинова в необходимости восстания среди сосланных в Сибирь декабристов. Сухинов планировал устроить побег находившихся в Зерентуе нескольких декабристов, которым предстояло добраться до Читы и освободить находившихся в тамошнем остроге несколько десятков своих товарищей. Дальнейшей целью, вероятно, было восстание сосланных декабристов во всей Сибири.
С точки зрения даже просто здравого смысла план Сухинова был совершенно нереализуемым, учитывая соотношение сил каторжан и охраны. Однако Сухинов приступил к его реализации, причём других декабристов в свои намерения он не посвящал. Главными исполнителями должны были стать каторжане-уголовники, которых Сухинов соблазнял водкой и обещанием щедрого вознаграждения в случае освобождения острога в Чите (около 700 километров от Зерентуя).
Среди уголовников нашлись доносчики, руководство Нерчинских каторжных рудников начало расследовать дело о заговоре Сухинова. Все следственные действия согласовывались с Петербургом, что сильно затягивало процесс по времени. И местное начальство решило «ускорить» процесс — комендант Нерчинских рудников своим приказом приговорил всех замешанных в деле к расстрелу. Иван Сухинов под расстрел не пошёл, он накануне покончил жизнь самоубийством.
Владимир Царан.