В древности все самураи, знатные и низкие, считали стрельбу из лука и искусство вер-
ховой езды первейшими из военных искусств, ныне же они предпочитают практиковаться во
владении мечом и копьем, и лишь потом в искусстве наездника. Необходимо, чтобы молодой
самурай ежедневно упражнялся в стрельбе из лука и мушкета, в фехтовании и в дзюдзицу
прежде всех остальных военных искусств, ибо, когда он станет старше, у него не будет времени
упражняться в том, в чем он желает. Поэтому я хотел бы видеть молодых самураев, уделяющих
особое внимание верховой езде, и особенно управлению лошадьми с недостатками и крутым
норовом. Ибо хорошие и послушные лошади встречаются достаточно редко, и поскольку ихприобретают знатные люди, их нечасто можно встретить в конюшнях мелкой сошки. Однако
если человек – прекрасный наездник и видит хорошую лошадь, но с каким-то недостатком: или
плохой выучкой, или норовящую сбросить всадника, он может купить ее по доступной цене, и
тогда, имея лошадь, он может занять более высокий пост. Такие вещи, как масть лошади или
ее грива, могут повлиять лишь на выбор людей знатных, а мелкий вассал не может позволить
себе презирать животное только потому, что ему не нравится ее масть или у нее редкая грива.
Если лошадь хороша, лучше купить ее и держать у себя.
Давным-давно в провинции Синано жил некто Какугандзи из дома Мураками27. Под его
началом было триста всадников, все – прекрасные лучники. Он сделал семейной традицией
отбирать лошадей из тех, которых другие отвергли из-за каких-то внешних изъянов. Он не
утомлял своих людей упражнениями на беговых дорожках, но выводил их по пятьдесят или сто
человек на открытую равнину около замка, где было много места, где они во главе с команди-
ром скакали галопом. Они вскакивали на лошадей и соскакивали с седла, и правили лошадьми
так хорошо, что слава о них разошлась повсюду. И даже Такэда из Кай стал считать людей из
Синано врагами, которым нельзя безнаказанно бросить вызов, – большая похвала трениров-
кам Какугандзи.
Лошадь, которая нужна воину, – на 1–3 дюйма выше среднего роста, со среднепосажен-
ной головой и хвостом, но для мелкого вассала нет свободной лошади, поэтому его лошадь
должна быть высокой. Не следует выказывать недовольство, если она задирает голову, а следует
порадоваться, если у нее широкий крестец. Но прибегать к таким неестественным и уродливым
уловкам, как вытягивание сухожилий ног, чтобы у нее был более длинный шаг, или перереза-
ние сухожилий хвоста, чтобы он не поднимался, – значит показывать стремление к причудам,
что несовместимо с бусидо. Ведь лошадь, сухожилия ног которой неестественно вытянуты,
быстро устает и бесполезна при долгом путешествии по холмам или при переходе через реку. А
у лошади с перерезанными сухожилиями хвоста при прыжках через ямы и рвы часто скользит
подхвостник. Слишком же широкий крестец мешает ей преодолевать узкие проходы.
Есть два вида отношения воина к лошади: хороший и плохой. Древний воин считал
лошадь незаменимой, ведь она несла его, закованного в доспехи, со знаменем и полным воору-
жением. Сам он не смог бы поднять все это. Лошадь могли ранить или убить, поэтому, хотя
лошадь и животное, он относился к ней с состраданием, тщательно заботился о ней и следил,
чтобы она была всегда накормлена. Сегодня же люди думают лишь о том, как бы подешевле
купить лошадь с изъянами и исправить ее недостатки, или о том, как найти выкормленного в
деревне жеребенка и объездить его, чтобы с выгодой продать его любому, кому он понравится.
Так думает конюх или торговец лошадьми, но это недостойно знатока.
