И над зельем старуха склонилася. И от варева дым показался, а из дыма и дОговор вылепился. И написано в нем было кровию что, когда, да почем, да откудова.
И послание то да гласило: всю любовь, силу воли и кровушку от родимой от матушки собранные закалить докрасна да до стали. Да в иглу поместити стальную. А иглу ту в яйце да запрятати. А яйцо, чтобы скрыть это — в селезня. Чтобы селезень был замаскИрован — в зайца серого его поместити. Чтобы тайну ту съоронити — зайца в сундук запрятати. И сундук тот на древо повесити. И не сможет не только детинущка, но и недруги с ним да тягатися. И да будет бессмертным вовеки на часами вовсю потешаючись.
Прочитав договор тот внимательно, мать Кащеюшки кровушкой капнула, раписалася в нем горемычная. Душу ведьме ствою отдаваючи.
А и глазоньки ведьмины завездами загорелись от легкой наживы. Вмиг забрав душу добрую женщины вдруг сама молодой обернулася. Да и к зеркалу бросилась глядючи. Долго ждать ей пришлось душу светлую, незапачканную да лучистую...
Но исполнила ведьма тот договор, кровью так любовно забрызганный. Упекла она смерть да Кащеюшки в самый дальний край света.
И окреп паренек наш по-быстрому, несмотря на прогнозы безутешные. Удивив очень лекарей мудрых, да возрадовав батюшку родного. Возвратился домой наш Кащеюшко.
И обнял свово тятеньку кровного. Долго матушку они да разыскивали. Не смогли... и безутешно плакали...
Потекла жизнь своим чередом...