Про характер и уборку туалетов Все
Все привыкли, что Роджер — образец для подражания в жизни и на корте — спокойный, вежливый, рассудительный. Но так было не всегда. Когда Федереру было 16, его регулярно выгоняли с тренировок за вспыльчивый характер. «Ракетки летали по корту вертолетиками, я слишком много кричал и говорил», — вспоминал Роджер. В Центре швейцарского тенниса в Биле с вызывающим поведением своего самого талантливого спортсмена боролись жестко. Когда там появилось дорогое шумоизоляционное покрытие, всех игроков предупредили: если кто-нибудь его повредит, будет неделю чистить туалеты. Слова подействовали на всех, кроме Роджера. Во время одной из тренировок, пропустив удар, он традиционно швырнул ракетку, которая попала в покрытие и проделала в нем дыру. «Ему всю неделю приходилось приходить в семь утра и чистить туалеты, — рассказывал швейцарский теннисист Ив Аллегро, который хорошо помнит первые годы Федерера в профессиональном теннисе. — Для него это было худшим наказанием из всех возможных. Была середина зимы, было очень холодно и темно. Обычно он даже в восемь вставал с трудом. А ранний подъем, чтобы уже в семь быть на кортах, стал для него настоящим кошмаром». Еще более радикально с непростым характером Роджера боролся отец. Родители часто вспоминают историю, как возвращались с одного из турниров через альпийский перевал. Роджер был очень раздражен и позволил себе несколько резких высказываний в присутствии родителей. Отец сначала пытался не обращать на это внимание, но не выдержал, остановился посреди дороги, вытащил Роджера из машины и засунул головой в сугроб. «Мы никогда не ругали Роджера из-за того, что он проиграл, — объясняла Линетт Федерер в интервью швейцарскому изданию Basler Zeitung. — Но когда он плохо себя вел или просто не старался, мы не спускали это с рук».
Про футбол и «Базель»
В школьные годы Роджер очень серьезно увлекался футболом. В клубе «Конкордия Базель» он играл на позиции нападающего. «Лично я убежден, если бы он выбрал футбол, то вошел бы в сборную Швейцарии, — признавался один из первых тренеров Федерера Сеппли Качовски. — На поле я видел его всего два раза. Но в этих матчах он забил три гола. В одном из них он получил мяч на своей половине, вел его шестьдесят метров и забил гол. У него был талант». Этот талант рассмотрели тренеры юношеской команды футбольного клуба «Базель». И предложения поаботать вместе с футболистами поступают к Роджеру до сих пор. Пока он отвечает отказом — велик риск получить травму. Выбрав теннис однажды, он остается верен себе до конца. «Теннис мне нравится больше, потому что я люблю держать все под контролем, — объясняет Федерер. — В теннисе все зависит от меня — я не могу винить в поражениях вратарей или кого-то другого. Я счастлив, что выбрал теннис».
Про учебу и языки
Любовь к теннису стала определяющей не только в истории с выбором спортивного будущего. Ради того, чтобы выходить на корт и регулярно участвовать в турнирах, Роджер прервал образование. Зато успел освоить четыре языка. Он свободно говорит на немецком, английском, французском и знает одно из традиционных швейцарских наречий. Тяжелее всего давался французский. Его он учил, когда оказался в теннисном центре в Экюблане. Все истории того времени объединяет то, что Роджер регулярно становился объектом злых шуток со стороны ровесников. «Я был швейцарским немцем, над которым все смеялись. Ко мне придирались. Я часто плакал и постоянно хотел домой». Но именно поездку в Экюблан многие теннисные специалисты считают самым важным событием в карьере Федерера. Здесь он не только выучил французский язык, но и научился терпеть и бороться.
Про Болбоев и звёздную болезнь
В самом начале карьеры Федерер подавал мячи. Так он познакомился с Мартиной Хигинс и Пати Шнидер. Болбоями в Швейцарии становились практически все талантливые молодые игроки. И это часть местной образовательной системы. Теннисистов с детства приучали уважать чужой труд и так оберегали от звездной болезни. И даже в маленьком теннисном клубе, куда трехлетний Федерер приходил со своими родителями, его фото на доске почета появилось только после того, как Роджер выиграл свой третий «Большой шлем». Для местных жителей Федерер — просто человек, который жил и учился здесь пару десятков лет назад. Именно отсутствие очевидного преклонения объясняет феноменальную нормальность, даже скромность Федерера. Его способность оставаться обычным человеком, когда для большинства он давно великий.
Подача
Федерер обладает мощнейшей подачей, скорость полета мяча составляет порядка 210 километров в час.