Статья продолжает рассмотрение темы управления, начатое в статьях: «Об управлении. Определение» и «Об управлении. Концептуальное предприятие».
Фраза «искусство управления», хотя и встречается, но чаще всего никак не раскрывается, не разрабатывается, в отличие, например, от понятия «управление как наука», вполне устоявшегося в образовании и которому посвящены целые разделы в учебниках (однако, несмотря на это, считать управление наукой всё-таки есть досадное недоразумение). Мы со своей стороны, включив в определение управления утверждение: «управление – это создание Дела [и наделение его бытием]», помимо констатации того, что управление есть практическая (созидающая, производящая, а не исследовательская, не теоретическая, описывающая) деятельность, утверждаем тем самым, что управление есть специфический род творчества – создание Дела! Но, поскольку мы считаем, что этим утверждением тему далеко не исчерпываем, то в данной статье попытаемся дать некое расширенное толкование, разъяснение нашего видения управления как творчества.
В своём существе творчество есть иррациональная деятельность, поэтому его непосредственное и систематическое описание принципиально невозможно. Остаётся единственное – опосредованное описание, например, таковым может быть описание результатов творчества, творческих инструментов, приёмов, отдельных навыков субъекта творчества, его опыта, описание проблем творчества, примеров конкретных решений творческих проблем, описание предмета творчества, его характеристик и тому подобное. Из ряда таких попыток (естественно, далеко не исчерпывающих тему) и данная статья.
Хотя творческая деятельность в собственных рамках не так богата универсальными положениями (закономерностями) как профессиональные деятельности, зато между разными направлениями (родами) творчества есть множество аналогий по самым разным аспектам и это существенно обогащает ситуацию субъекта творчества. Этим объясняются и наши ссылки на исследования, которые вроде бы проводились не в области управления.
Нашей задачей было – построить некую картину управления как творчества, которая обладала бы эвристической ценностью (значимостью), то есть что-то объясняла, в чём-то помогала субъекту управления (руководителю).
В творческом труде руководителя (в управлении как творчестве) выделяются четыре момента: управленческое восприятие – обретение руководителем идеи, открывающей ход к решению проблемы, управленческое выражение – создание управленческого произведения (результата творческого труда руководителя), рефлексивная работа – работа руководителя в проблемном поле, переживание истины – перманентное тестирование обретаемых идей на их адекватность решаемой проблеме. Эти моменты управления неоднородны, если за управленческим выражением и рефлексивной работой стоит реальная деятельность субъекта, то восприятие и переживание истины суть лишь некие установки, условия, соответственно, для обретения адекватной идеи и для идентификации её истинности. Тем не менее все эти моменты друг с другом тесно увязаны.
1. Управленческое восприятие
Обретение адекватной идеи – суть восприятие – имеет смысл лишь в том случае, когда субъект оказывается в проблемном поле (как минимум, в одном) и ищет для проблемы спасительную (адекватную) идею. Таким образом ситуация «штатной работы» субъекта, когда его действия осмыслены, понятны и возможны, нами не рассматривается (например, в текстовой разработке понятия у руководителя всё удовлетворительно «пишется» и, до поры до времени, вопросов не возникает – идёт эта самая «штатная работа»). И, конечно, в любом творчестве значительное время занимает именно «штатная работа» субъекта. Однако, самое важное, сокровенное для творчества возникает именно в ситуации проблемы/тупика, когда как раз не пишется, не разрабатывается, не сочиняется, то есть «штатная работа» оказывается невозможной. И выход здесь, в проблемном поле единственный – субъект (руководитель) должен обрести спасительную идею, которая позволит ему решить проблему и продолжать «штатную работу» творения Дела.
И нужно особо подчеркнуть, во-первых, важность наличия у руководителя самой проблемы (а ведь многие руководители бегают от проблем как «чёрт от ладана»), иначе что же руководитель делает, будучи субъектом творчества – ведь именно в поле проблемы совершаются открытия, во-вторых, то, что как проблема, так и её решение (в его истоке –идея) есть вещи субъектные, а отсюда следует, что свои проблемы руководитель должен (и может) решить исключительно сам, здесь – в творчестве – делегирование недопустимо. Модное сегодня понятие «команда» вносит в ситуацию руководителя непоправимые искажения (нам понятно, что посредством введения в работу «команды» руководитель стремится решить проблему своей некомпетентности, однако, это неверный ход – некомпетентность преодолевается прежде всего через обретение руководителем своего уникального предмета деятельности, а компетентная «команда» – это вещь вторичная).
Для успешного восприятия (обретения идеи) также важна работа руководителя с материалом Дела. Материал Дела в управлении преимущественно представлен информацией – документами – и их форма должна создаваться самим руководителем. То есть материал Дела не есть нечто, априори заданное к управлению, форма материала (его существо) задаётся самим руководителем. В современной практике управления часто такого отношения к информации со стороны руководителя мы не находим, в подавляющем большинстве случаев информационные документы являются порождением подчинённых лиц (специалистов, обычно и документы профессионально специализированы), причём, не только по наполнению документов данными, что естественно, но и по их существу – их форме (а это уже абсурдно).
Но материал (документы, информация) не даёт непосредственного хода к искомому, не даёт «ключей» к решению проблемы. Л. Витгенштейн отмечал [3], что «в поле глаз нет ничего такого, что указывало бы на то, что предмет виден именно глазами». То есть сущность Дела – это всегда нечто сокрытое для чувственного восприятия, не лежащее на его поверхности, непосредственно в материале. Вот и в документах невозможно «высмотреть» идею (суть Дела), соответственно, документы не могут быть исчерпывающим источником для принятия адекватного управленческого решения. Понимание этого положения, как принципиального, сегодня нет и зачастую проблему видят как раз в достижении информационной полноты и достоверности документов, что неверно – никакое сколь угодно большое/полное количество профессионально подготовленных (специалистами) документов не может адекватно отразить (руководителю) его Дело.
Хотя информация сама по себе ничего не раскрывает в Деле по сути, но полезно видеть, что информация – это техника (достижение эффекта) своеобразного присутствия руководителя в Деле, и в этом качестве она имеет вполне самостоятельное и важное значение.
Распространённое мнение, будто принятие управленческого решения есть выбор из альтернатив, конечно, очень далеко от реальности. Конечно же, квинтэссенция управленческого решения – это обретение руководителем, при его попадании в проблемную ситуацию, адекватной идеи/мысли. Возникновение у руководителя «творческих тупиков» является принципиальным – такова реальность управления, где непрерывное творение Дела (столкновение с «новым») влечёт такого рода «тупики», и они становятся одним из признаков адекватного осуществления Дела.
В процессе обретения идеи/мысли проявляется ряд свойств творческого труда руководителя (здесь мы опираемся прежде всего на работу М. Мамардашвили [2], но и других философов), и первое свойство: «мысль из предыдущей мысли не вытекает». То есть руководитель не может иметь некую новую идею, которая рационально-логически вытекала бы из предыдущих идей. Следующее свойство: «недетерминированность, непредсказуемость мысли», из этого положения, в частности, следует, что планирование, как предсказательный механизм, несостоятельно, и из этого возникают и другие далеко идущие следствия. Следующее свойство порождения идеи/мысли: «мысль возникает сама». П. Валерии в этой части отмечал: «мышление – это то, что не составлено по частям, поэтому делается само». Мысли, «простые интуиции ума» (по выражению Декарта) не только не могут быть определены, но их определение было бы для них разрушительным, поэтому можно говорить о том, что действие мышления всегда «здесь и сейчас», то есть обоснованно говорить о «неделимости действия мышления». Мышление целостно, не воспроизводимо и не делегируемо, то есть имеет место «незаместимость действия мышления» – движение мысли субъекта не может быть замещено никаким иным движением, ни заимствованием образцов, ни делегированием его исполнения другим лицам. «Чтобы знать, что такое мышление и сомнение, нужно самому мыслить и сомневаться» /Декарт/. «Понимание всегда свое, так же как всегда своя совесть» /М. Мамардашвили/. Отсюда следует, что для понимания Дела нужно быть его субъектом – осуществлять Дело должен сам руководитель – другого хода нет.
Ясность, к которой руководитель стремится при преодолении «тупика» (решении проблемы), это исчерпывающая ясность, что означает полное преодоление проблемы, открывающее возможность штатной работы (у художника начинает писаться картина, у учёного начинают формулироваться положения теории, у руководителя начинает успешно продвигаться выстраивание Дела, то есть его понятийная разработка, и т.д.).
Может показаться парадоксальным, но гениальные мысли людей не посещают просто потому, что они их не ждут, но такое ожидание непросто. Если мысль схвачена, то она стала латентным знанием, это созвучно принципу необратимости постижения (знания) Майкла Полани [4], который говорит о том, что «обретённое знание невозможно забыть, в нём нельзя разувериться».
[1] Гуссерль Э. «Философия как строгая наука», Сб. работ, Новочеркасск, САГУНА, 1994.
[2] Мамардашвили М. «Эстетика мышления», М., Московская школа политических исследований, 2001.
[3] Витгенштейн Л. «Логико-философский трактат», http://www.philosophy.ru.library/witt/phil.html
Витгенштейн Л. «Философские исследования», http://www.philosophy.ru.library/witt/phil.html
[4] Полани М. «Личностное знание. На пути к посткритической философии», М., Прогресс, 1985.