Отца своего Николай Парижко не помнил: тот погиб в войну, а после смерти матери мальчика взял в семью брат отца Иван. Семья приняла его как родного сына. Иван пришел с фронта домой по ранению. Хирург, который оперировал его в госпитале, сказал:
– Ну, солдат, крупповской стали из тебя мы извлекли достаточное количество, подштопали, но осколок под сердцем не смогли удалить, придется тебе с ним уживаться, пока он не взбрыкнет, – и добавил: – Подлечим тебя – и отправляйся домой к жене.
Врачи запрещали Ивану тяжелый физический труд. Была назначена пенсия по инвалидности, но как прокормить большую семью на это небольшое пособие? Устроился счетоводом в колхоз, да и свое подсобное хозяйство выручало – как же прожить без дополнительных доходов в такое суровое голодное время.
Иван Парижко серьезно относился к жизни, успел стать отцом двух сыновей-погодков Василия и Анатолия, прилагал много усилий, чтобы поднять трех пацанов и поставить их на ноги, обучал их премудростям крестьянской жизни, имел планы дать образование детям, но, как говорится, человек предполагает, а Бог располагает.
Николаю было одиннадцать лет, когда Ивана настигла беспощадная рука войны. Осколок шевельнулся, или, как говорил хирург в госпитале, взбрыкнул. Остался Николай старшим мужчиной в семье, взвалив на свои хрупкие плечи подростка всю мужскую работу по хозяйству, и некому было дать мудрый житейский совет или ценное наставление.
Этот роковой осколок тетка Ираида бережно хранила вместе с медалями Ивана в шкатулке, на крышке которой красовался усатый вождь всех народов. В день рождения мужа Ираида готовила праздничный обед, за столом открывали шкатулку, перебирая награды, поминали дорогого человека. Детвора рассматривала кусочек металла с очень острыми краями и удивлялась, как этим осколком, совсем не страшным на вид, размером с ноготь мизинца, можно было лишить жизни такого сильного и доброго человека, как их отец.
ТУТ можно начать чтение уже опубликованного рассказа "Печник Сашка" ТУТ начинается рассказ "Синь-камень"
ТУТ начало рассказа "Театралы"