Не так давно я побывал в Мезени, на краю земли, где заканчиваются дороги и дома, а остаётся только тундра, лесотундра и Северный Ледовитый океан где-то поодаль. Но дороги в России могут заканчиваться и гораздо раньше края полосы расселения - например, на границе регионов.
Протянувшиеся с запада на восток покрытые хвойными лесами Северные Увалы разделяют Костромскую и Вологодскую области и служат для дорожной сети преградой почти столь же непреодолимой, чем Большой Кавказский хребет: на 600 км - всего лишь несколько транзитных автодорог.
Так что на севере Костромской области - свой локальный Север: кажется, что дальше только лес и больше ничего.
Но это уже Центральная Россия, где особняки и старинные церкви - скорее правило, чем исключение. Ну а когда и старина, и историческая среда, и при этом тупик дороги и дальше только лес - тут обязательно должно нечто прекрасное получиться.
Что и произошло с Кологривом.
Городок очаровывает с самого начала: у единственного въезда из внешнего мира маячит неожиданно большое здание.
Это железнодорожный вокзал, самое большое здание в городе; впрочем, железной дороги в Кологриве нет даже близко, и вокзальное здание занимает краеведческий музей, своими размерами и коллекцией картин достойный областного центра.
И туалет по деревенской технологии на втором этаже.
А дальше - двухэтажные дома, избы
и особняки; настоящих шедевров мало, но всё вместе так хорошо сохранилось, что ощущение прошлого ошеломляет.
Как и во многих городах бывшей Костромской губернии, в екатерининские времена кологривскую планировку для пущего порядка сделали радиально-кольцевой, что делает город ещё живописнее.
Город спускается с холмов к реке Юг; у склона одного из холмов расположена центральная площадь со сквером, Лениным в кустах и храмом где-то сбоку.
Под единственным мостом через городскую реку Унжу околачиваются подозрительно ласковые коровы: одна из них упорно пыталась облизать меня своим похожим на тройную наждачку языком.
В баракообразном деревянном здании расположена дирекция местного заповедника "Кологривский лес", призванного охранять один из немногочисленных кусков никогда не рубленного леса в Европе.
Сотрудники заповедника практически в полном составе отмечают чей-то день рождения и не могут вписать меня на какую-нибудь экскурсию.
Пообщавшись с музейными работниками, с заповедными работниками, с коровами, с алкашами на главной площади, с бухими работягами у памятника павшим в Великой Отечественной, я направился на пляж через пригородный сосновый бор, намереваясь за неимением маршрута по заповеднику устроить себе такое знакомство с местной природой.
Река Унжа здесь медно-болотного цвета, она быстра и мелка, несмотря на недавние обильные дожди.
Но поплавать всё же удалось.