5 утра, на экране моего телефона высветилось сообщение с неизвестного номера: "Макс погиб. Похороны будут 19 мая по адресу N." Я не воспринимала полученное сообщение всерьез, мне хотелось верить, что это просто шутка. Но эмоции взяли своё, весь день я плакала. Душа разрывалась на куски, ком в горле заставлял меня задыхаться от слез. Я верю, ВЕРЮ, он жив! Зайдя в социальную сеть Вконтакте, первая запись которая показалась в ленте- это черно-белое фото Макса и надпись "Скорбим". Мой мир рухнул... Макса нет. Больше нет этого яркого смеха, нет этих очаровательных голубых глаз, нет этого родного голоса. Макс погиб, и кажется, вместе с ним погибла я. Прошло несколько месяцев, как я не видела Макса. А однажды он мне приснился: мы сидели в уютной обстановке у камина, в своих теплых руках он держал крепко заваренный красный чай(его любимый). Посмотрев в его живые голубые глаза я сказала "Мне очень грустно, что ты умер",он рассмеялся и ответил: "Я не боялся умереть.И зачем ты беспокоишься, ч
5 утра, на экране моего телефона высветилось сообщение с неизвестного номера: "Макс погиб. Похороны будут 19 мая по адресу N." Я не воспринимала полученное сообщение всерьез, мне хотелось верить, что это просто шутка. Но эмоции взяли своё, весь день я плакала. Душа разрывалась на куски, ком в горле заставлял меня задыхаться от слез. Я верю, ВЕРЮ, он жив! Зайдя в социальную сеть Вконтакте, первая запись которая показалась в ленте- это черно-белое фото Макса и надпись "Скорбим". Мой мир рухнул... Макса нет. Больше нет этого яркого смеха, нет этих очаровательных голубых глаз, нет этого родного голоса. Макс погиб, и кажется, вместе с ним погибла я.
Прошло несколько месяцев, как я не видела Макса. А однажды он мне приснился: мы сидели в уютной обстановке у камина, в своих теплых руках он держал крепко заваренный красный чай(его любимый). Посмотрев в его живые голубые глаза я сказала "Мне очень грустно, что ты умер",он рассмеялся и ответил: "Я не боялся умереть.И зачем ты беспокоишься, что я умер, когда сама боишься жить?" Я проснулась в слезах.
Сидя за столом и глядя в пустоту- я вдруг осознала: коль скоро мы все умрем, то нет оснований уступать страху, смущению и стыду. А я избегая болезненных для себя вещей, по сути, я и не жила. Я начала меняться: полюбила себя, перестала бояться чужих мнений, стала уделять больше времени любимому делу. Гибель Макса оказалась рубежом, который разделил мою жизнь на "до" и "после". До трагедии Макса я была скромной и закомплексованной девочкой, которая беспокоилась о том, что думают обо мне окружающие. После трагедии я постепенно стала другой: ответственной, смелой, уверенной в себе. Как бы странно не прозвучало, но смерть другого человека дала мне силы жить. И момент, который, возможно, был худшим в моей жизни, принес наибольшую перемену.
Смерть пугает нас, но, как ни странно, она позволяет нам ценить и изменять всякий жизненный смысл. Без смерти все было бы незначительным, а ценности стали бы пустыми.