Что объединяет два, казалось бы, совершенно не похожих романа мэтров? Безграничная и глубокая любовь к театру, кулисы, партер, шушуканье в зале во время смешных реплик, женский вскрик в кульминационных сценах, пустая сцена и застывший над сценарием пополам со сметой постановщик. Щелчок тумблера софитов отрывает его от долгих размышлений: «Тварь ли я дрожащая, а, сэмпай? Тьфу, пропасть, Вера Ильинична, мне кажется, для действия в третьем акте не хватает яблока на столе. Игорь Николаевич может катать его ладонью во время реплики, да, да, именно ладонью… И кто опять пустил кота на сцену? Ну я же говорил, боже мой!». За плечами мэтров кивают тени, Канъами Киёцугу и его сын Дзэами Мотокиё, бородатая тень Владимира Ивановича с двумя орденами труда, которые при кивке позвякивают колокольчиками… Много теней. Особо хотелось бы отметить незамаранность клюквой или злым словом советской власти в финале одного из произведений. Ведь эта самая советская власть подарила театр народу, а тот подарил по
Иван Капустин о двух романах Г. Л. Олди
6 апреля 20206 апр 2020
12
1 мин