Редкие всплески воды, говорили, что солнце уже встало и рыбки оживились. Над головой кружились птицы, созданные ей для атмосферы. А за окном падал снег, кружась хлопьями снежинок и аккуратно опускаясь на землю. Она лежала в кровати с закрытыми глазами и понимала, что совсем не хочет ничего. В голове проносились мысли о том, что успела натворить и эти воспоминания съедали ее душу.
Но вернемся к началу.
Когда то давно она была среднестатистическим ребенком. Слегка полновата, весела и с ясными открытыми глазами. Близкие друзья еще тогда начали замечать эту маску, но для остальных она была отличным собеседником. Со временем эта маска обрастала слоями и порой она переставала узнавать себя в зеркале. Скрываясь за яркими нарядами с кровавыми сценами одной из популярных групп и все больше пряча себя настоящую.
Взросление пришло очень рано. На одной из вечеринок игривые взгляды переросли в нечто большее и она познала всю полноту взрослой жизни. Ей было чуть больше пятнадцати. Именно тогда в её голову пришло осознание, что красивые глаза и нарочитая открытость вершит судьбы. Это был хороший урок. И она пошла по этому пути.
Друзья называли ее ангелом, но ей была не знакома чистота. На одной из вечеринок она попробовала драгс, и как говорят все начинающие, ее это не зацепило. Но со временем она втянулась и в голове уже осознанно имелись дороги, по которым кайф попадал в ее руки. Да, теперь она пользовалась уважением, если это можно было так назвать. Драг менял свои формы, превращаясь из дыма в колеса. Ей нравилось это состояние божества, полностью властного над своим сознанием, которое изменялось в причудливых формах. Кайф настолько проник с ее душу, что несколько раз она была на грани, прощаясь в разумом. Ее круг знал, что она сознательно калечит себя, начиная от драга, алкоголя и заканчивая пытками собственного тела. Ее душа погрузилась в такой мрак, что порой ни одно солнце не могло пробиться сквозь эти бездонную пустошь. Ее тело превращалось в одну большую рану. Она выливала кровь литрами в попытках излечить свою душу. Все руки покрылись шрамами, глубокими и не очень, но одно она понимала точно, что однажды взмах руки оборвет нить ее жизни. Страх становился все сильнее, но остановиться она уже не могла. Дым, вискарь, секс и опять все по кругу. Никто не понимал ее боли, даже лучшая подруга на очередном круге спеклась. Партнеры меняли свои лица, отзываясь в глазах серой дымкой. Она полностью подчинила разум, играясь с ним как кошка с мышкой, порой подбрасывая новую дозу аперитива. Тогда она не понимала всего масштаба наносимого вреда своей искалеченной душе и не думала о будущем живя только одним днем.
Шли дни и зависимость приобретала все более четкие формы. Утренний спад настроения, головные боли и сухость во рту предупреждали о приближении конца, но ее компания всегда решала и эти проблемы очередным вдохом дурманного дыма. Она не считала себя конченной и была уверенна, что в любой момент сможет отказаться, просто проснувшись очередным утром. Как бы странно это не звучало, при таком образе жизни, она успешно училась в престижном ВУЗе и даже писала научные статьи на разные темы, которые публиковали в международных журналах. Она носила много масок, играя ими как виртуозный жонглер. Для всех она была разной, лапочка ботан для преподавателей, милая дочка для родителей, верная и ответственная подруга для всего мира, но настоящей она была только наедине с собой. Заглядывая в глаза собственному отражению, часто видела там загнанного зверя с перебитыми лапами, но с верой в сердце. Она много рисовала, но никогда не показывала эти рисунки, а когда кто-то случайно замечал сюжет, стыдливо прятала его от посторонних глаз. Ей хотелось быть чем то большим, чем просто серое лицо города, но не знала как правильно выделиться и поэтому окружала себя еще большими фриками. Да, почти все ее друзья употребляли. Многие из них скончались от передоза или же от собственной беспечности. Она бы легко могла открыть уже собственное кладбище друзей. Вообще в ее кругу были те кто честно признавался в любви к драгу и те кто отдавал свое предпочтение зеленому змею. Наркоманы и патриоты, она так отлично сочетала в себе черты так необходимые и тем и другим. Днем они говорили за чистоту нации, а ночью же пили беспробудно, поднимая тосты за павших собратьев. Она давно поняла, что этот мир настолько прогнил, что концентрированная чистота хранится где то в сейфах с десятью замками. И принимая правила этой игры, надевала очередную маску подходящую по случаю. Для всех её лица
были разными, ведь она позволяла знать о себе лишь столько, сколько считала нужным. Могла ударить и приласкать, предать и поддержать, подать руку помощи и сбросить в пропасть. А больше всего ей нравилось, что она может всеми ими управлять, меняя реальность как ей это нужно. Она вершила судьбы, не задумываясь о последствиях. Тогда она не думала, что это начало конца.
