Приветствую, дорогой читатель. Автор блога Music Date вернулся из длительного писательского отпуска. Примечательно, что моя последняя статья, опубликованная 11 августа, называлась «Из офиса в шоу-бизнес», и в ней я рассказывала, что нашла работу мечты. Так вот «работа мечты» заглотила меня настолько, что к блогу я возвращаюсь только спустя полгода в надеждах его активизировать. Работа мечты оказалась не такой уже и работой мечты, но помогла снять розовые очки. Я поняла, что шоу-бизнес, а вернее музыкальный бизнес – это именно та отрасль, в которой я хочу задержаться очень надолго (а, может, и на всю жизнь), но путь предстоит отнюдь не легкий. Постараюсь сделать блог Music Date максимально полезным и интересным для таких же искателей приключений, как и я. И жду, когда все мои сбежавшие подписчики вернутся: я понимаю, что обидела и расстроила, но обещаю постепенно исправляться.
Начну «новый сезон» публикаций с занимательного интервью, которое я на самом деле брала в видео-формате для международной музыкальной конференции – еду на нее в качестве спикера через пару месяцев (если не перенесут). Подробности о мероприятии будут позже. Но беседа получилась настолько интересной, а «эфирного» времени в видеопроекте для конференции настолько мало, что мы с героем интервью приняли решение опубликовать наш диалог полностью в Music Date.
Представляю вашему вниманию героя сегодняшней статьи – Алекса Николаева, основателя и ведущего эксперта консультационного бюро в сфере музыкального бизнеса InSimple. Ранее Алекс работал в Zvooq, был арт-директором клубов «Пропаганда» и «Культ», музыкальным редактором МУЗ ТВ и организовал более 300 гастролей зарубежных артистов в России и российских диджеев в Великобритании.
Алекс, давайте по старой русской традиции начнем с плохого. Какие основные проблемы локального шоу-бизнеса вы могли бы выделить?
Для начала я бы хотел отделить шоу-бизнес от музыкального бизнеса. Шоу-бизнес – это более широкое понятие. Мне ближе именно музыкальная сфера. Говоря о ее проблемах, хочу, в первую очередь, отметить такое явление, как неосознанность авторов, музыкантов и артистов. В этом нет ровно ничего удивительного. Среднестатистический европейский или североамериканский артист родился в системе капитализма, предпринимательства. Он рассчитывает только на себя, свои возможности, финансовые ресурсы, готов пользоваться кредитными инструментами. Российский артист родился на территории постсоветского пространства: в нем заложено стремление найти старшего партнера, который даст денег и решит все проблемы. Он может потратить уйму времени для поиска этой самой руки помощи, забывая о том, что главная опора – это аудитория. Вот, что я называю «неосознанностью». Когда мы сможем ее преодолеть, станут более качественными и сама музыка, и коммуникация артистов с поклонниками.
Какие тренды в развитии российской музыкальной индустрии вы наблюдаете?
Ключевой тренд – систематизация договорных отношений и делопроизводства. Цифровая дистрибуция музыки удивительным образом задала этот вектор. Мы, являясь консультационным бюро, можем наблюдать, как меняется спрос со стороны участников рынка на те или иные услуги. Вот сейчас растет спрос на составление грамотных договоров.
Еще один очевидный тренд – использование инструментов digital-маркетинга для продвижения контента. Это модное веяние и, конечно, полезное, но, на мой взгляд, переоцененное. Многие артисты, делая упор на digital-каналах, забывают о традиционном инструментарии: радио, синхронизация в кино, рекламу, телепередачи и компьютерные игры.
На ваш взгляд, интересен ли российский рынок для зарубежных артистов?
Он интересен хотя бы своей аутентичной культурой. Многие приезжают в Россию, просто чтобы познакомиться со страной Толстого, Достоевского, Пастернака. Кому-то может быть интересно разрушить для себя мифы, которыми наша страна овеяна. У меня есть друзья из Великобритании, которые приехали в Россию, только потому что интересуются историей битвы за Сталинград. Они даже попросили перевести на английский язык биографию одной из участниц войны и использовали эту историю для своей песни.
Надо отметить, что Россия – это ведь не только Москва и Санкт-Петербург. С точки зрения арта очень выделяется Якутия: там особенное искусство, есть даже свои собственные стриминговые сервисы. Якуты из-за холодов много сидят дома и занимаются различными ремеслами и искусствами, создавая неповторимые шедевры. А недавно я еще побывал в Уфе. Там потрясающая музыкальная культура, ни на что не похожий грув. Местные музыканты вроде бы используют классические привычные всем инструменты, но извлекают из них другой звук. Зарубежным артистам должно быть интересно коллаборировать с такими нетривиальными музыкальными проектами.
Культура – это замечательно, но все-таки любой артист хочет зарабатывать на своем творчестве. Хороший ли Россия выбор для гастролей, если анализировать с точки зрения заработка?
Сейчас зарубежным артистам из Западной Европы и Северной Америки в России платят сравнительно небольшие гонорары. Раньше ситуация была более благоприятной: порой гастроли у нас оказывались выгоднее, чем тур по Европе. Но ситуация изменилась в результате экономических и политических кризисов. Трансфер в Россию зачастую оказывается настолько долгим и физически тяжелым, что в итоге даже большой гонорар не компенсирует усилия артистов и их команд. Но если говорить о зарубежных артистах из стран Ближнего Востока и Южной Америки, то для них российские гонорары более чем приемлемы и имеют значение в общем «пироге».
Какие российские артисты имеют наибольший потенциал за рубежом?
Я бы сказал, что самый популярный российский артист на мировой сцене – это Нина Кравиц (Nina Kraviz). Я имел честь работать с ней, но не как букер, а как консультант. Мы помогали Нине регистрировать права в британских ОКУПах (обществах по коллективному управлению правами), а также заключить рекламный контракт с брендом Hugo Boss.
Но Нина, будучи диджеем, скорее исключение, чем правило. Наша сила – это все-таки неоклассика. Пускай по исполнительскому мастерству неоклассики из стран Юго-Восточной Азии могут нас превосходить (так как много тренируются), но в наших есть какое-то особое содержание, которое помогает им завоевывать сердца во всем мире. Хороший пример – Дмитрий Евграфов, наш клиент. За сентябрь 2019 года только в Spotify его неоклассические композиции набрали более 50 миллионов прослушиваний. А это уже очень неплохие роялти и мировая аудитория. Другой неоклассик Евгений Гринько собирает огромные полные залы в Турции и Иране. Ну и не стоит списывать со счетов российских джазменов-авангардистов. Джазовая сцена коммерчески маленькая, но интересная.
Также обращу внимание на коллектив Shortparis. В Европе они уже навели много шума. Важно, что ребята не просто делают интересную запоминающуюся музыку, но и устраивают настоящий перформанс. Поэтому на их концерты активно ходят в разных странах мира. Кстати, не могу не похвастаться, что контракт с Universal Music группа подписала во многом благодаря нашим усилиям.
Согласны ли вы с утверждением, что в России песни на русском популярнее песен на иностранном языке? И если да, то с чем это связано?
Если бы нам, меломанам, в начале 80-х годов сказали, что «вот, рухнет Советский Союз, а вместе с ним и Железный занавес, музыка станет доступна практически бесплатно и каждому, тогда в России начнут слушать русские песни», мы бы просто покрутили у виска и посмеялись. Ведь тогда, в 80-х, все охотились как раз за редкими иностранными пластинками. Но сейчас в нашей стране наибольшей популярностью действительно пользуется музыка на родном языке. И 80% этой музыки не блещет качеством. Мне кажется, одна из ключевых причин популярности отечественных песен – это отсутствие музыкальной журналистики. Несколько лет назад из музыкальных изданий стали уходить рекламодатели – как следствие, журналисты перестали зарабатывать. Издательства позакрывались. Сейчас музыкальные журналисты существуют в пабликах ВК и Телеграм-каналах, но много на них не заработаешь. Хороших музыкальных журналистов можно пересчитать по пальцам одной руки. И это уже не молодые ребята. В России нет кураторов, менторов, лидеров мнений, которые бы рассказывали о хорошей зарубежной музыке. Лично для меня таким проводником в мир музыки когда-то стал американский музыкальный журнал Wax Poetics. А британский журнал Straight No Chaser помог открыть ранее неизвестные жанры. Например, музыку гнауа, популярную в Марокко. Фестиваль этого, казалось бы, нишевого направления собирает до полутора миллионов человек в Марракеше.
Вроде бы в России сейчас есть позитивное движение в области музыки: проводятся конференции, форумы, шоукейсы, редакторы digital-сервисов собирают тематические плейлисты на любой вкус. Неужели все эти инструменты не помогают распространять качественную музыку со всего мира?
Что касается форумов и конференций, предлагаю быть предельно честными. На все подобные мероприятия приглашают выступать одних и тех же людей, которые рассказывают одни и те же вещи. Отсутствует динамика как таковая. По поводу digital-сервисов выражу мнение, что система рекомендаций у нас работает крайне плохо. Музыкальные редакторы, которые составляют плейлисты, никогда не стояли у прилавка магазина с CD и винилом. Они не знают, как люди потребляют музыку, а работают в одностороннем режиме, не общаясь с аудиторией. Spotify, который недавно открыл офис в Москве, набирает команду из MTV. Они хорошие ребята, не спорю, но ни у кого из них нет опыта работы с реальными живыми потребителями музыки.
Какие жанры музыки сейчас особенно популярны в России?
Сейчас на пике находятся различные реинкарнации хип-хопа, грайма и пост-гэриджа (гаража). Да и обычный поп не теряет свою востребованность. Наконец, уходит эпоха шансона. Хотя иногда кажется, что песни в жанре шансон были вовсе не плохими, особенно некоторые аранжировки. К сожалению, уходит и рок. Вот чего сейчас действительно не хватает, так это нового качественного рока. Техно периодически снова врывается на наши танцполы. Свою аудиторию имеют постдабстеповые вечеринки и мероприятия в духе хаус. К последним относится проект РАШН СТАИЛ, собирающий тысячники в самых разных уголках страны за счет франшизы.
Как среднестатистическому зарубежному артисту обрести российскую аудиторию?
Аудиторию он может набрать в ВК и Youtube, но важно, чтобы коммуникация была не только англо-, но и русскоязычная. ВК за рубежом не заблокирован – его можно вести, даже не подключаясь к VPN. Причем, общение в паблике должен вести не только SMM-менеджер, но и сам артист. Для букинга можно обращаться к Pop Farm и Caviar Lounge – они работают с разными категориями артистов. На самом деле, есть и другие компании – концертный рынок у нас достаточно разнообразный. Проблемы начинают возникать в том случае, если артист ориентируется на зал численностью до 1 000 человек. Подобных залов, во-первых, в принципе мало, во-вторых, такие сборы не очень интересны букерам. Как мне кажется, развитие рынка музыкальных клубов, рассчитанных на аудиторию 100 – 1 000 человек, должно стать одной из задач Министерства культуры. Можно перенять опыт британцев, которые стали открывать небольшие клубы и предлагать жителям соседних домов долю в бизнесе. В результате жители не только не жалуются на шум, но и всячески стараются поспособствовать развитию учреждений.
В чем, на ваш взгляд, ключевое отличие российского музыкального рынка от британского?
В Великобритании музыканты по-настоящему умеют веселиться и получать удовольствие от своей работы – это видно невооруженным взглядом. У нас же работа всегда воспринимается чересчур всерьез. Ну и нельзя забывать об уровне английского музыкального менеджмента, который знаменит на весь мир. Это касается управления всеми делами артиста, в том числе и юридическими вопросами. Есть замечательная поговорка: «В аду вас ждут английские повара, но русские юристы». Так вот, с юридической стороной бизнеса у нас до сих пор не все гладко, хотя есть положительные тенденции, о которых я уже упоминал. И последнее – это ответственность, которую британские артисты берут на себя охотнее русских. Эту мысль я готов повторять настолько часто, насколько это будет необходимо. Ответственность и инициативность помогут музыкантам найти свой путь к успеху.
Возможно, вы заметили, что интервью больше направлено на зарубежную публику, интересующуюся или хотя бы посматривающую в сторону российского рынка, который как интересен, так и, безусловно, сложен и непонятен. Но российские артисты, а также их менеджеры могут подчерпнуть в нашей с Алексом беседе некоторые важные мысли. В частности, о том, как важно грамотно вести дела артиста и оформлять договоры (а они есть основа успешного бизнеса). О том, что лучше работать с аудиторией, чем работать с «богатым продюсером». О том, что надо больше читать и изучать, другими словами, просвещаться в области музыки. Чарты ВК и Apple – это всего лишь один из микромиров, который не может вместить весь создаваемый музыкальный материал. Наконец о том, что наш рынок живых выступлений катастрофически нуждается в новых небольших уютных площадках. Поэтому если у вас есть свободный подвал, вы знаете, что делать.
Со своей стороны также хочу порекомендовать зайти на сайт консультационного бюро InSimple и изучить их предложения. Бюро регулярно проводит курсы «Основы музыкального бизнеса», «Музыкальный менеджмент для начинающих», public talks, частные консультации и неформальные встречи участников музыкального рынка. На счету бюро работа с такими гигантами, как Black Star и Universal Music, а также с инди-проектами Therr Maitz, Tesla Boy и многими другими.
Видео с участием Алекса Николаева и других профессионалов российской музыкальной индустрии, которое я готовлю для международной конференции, обязательно будет выложено в публичный доступ, но только после демонстрации на самом мероприятии.
Подписывайтесь на канал, пишите комментарии и помните, что ответственность за ваш успех лежит только на вас!
Интервьюер: Дарья Кулик
© Music Date. Let's go out and grab some music!