Сегодня мы вспоминаем Дэвида Боуи. Без привязки ко времени, к датам и юбилеям — потому что зачем искать повод, чтобы вспомнить хороших музыкантов?
Влияние Боуи на мировую культуру огромно. Одно только перечисление (без подробного анализа) произведений, в которых читается наследие «хамелеона рок-музыки», займёт немалое количество времени. Поэтому мы сузим круг и пройдёмся лишь по отечественной культуре. Приведём несколько ярких примеров из разных видов искусств — музыки, кино и театра.
Конечно, творчество музыканта прежде всего отзывается в сердцах музыкантов. Именно поэтому российские исполнители не раз обращались к Боуи — делали многочисленные каверы на его песни, цитировали строки. Чаще всего Боуи попадает в контекст вопроса о вечности искусства: «Дэвид Боуи не умер — он ушел покурить» (СерьГа), «Творчество будет всегда, больше не будет легенд... Не надо нового, ни Боуи, ни Буйнова» (Дайте Танк (!)).
У группы «Сансара» есть трек «Боуи», в котором его имя упоминается единократно в припеве и выносится в название. Музыка Дэвида становится своего рода панацеей, рациональным способом избежать поиска ответов на вопросы, которыми герои задаются на протяжении всей песни:
Я знаю у тебя на всё есть ответы
Но оставь при себе все ответы до лета
Никому не говори что мы стали старше
Давай слушать Боуи и жить дальше
Из кинопримеров сразу напрашивается картина «Лето» Кирилла Серебренникова, где главный герой, роль которого сыграл Рома Зверь, перечисляет музыкантов, до которым, по его мнению, русским исполнителям никогда не дорасти: слишком высоко задана планка. Среди прочих вспоминает он и Боуи. Фигурирует Дэвид здесь не только в репликах персонажей: в фильме есть сцена, где группа Shortparis играет песню All The Young Dudes, написанную Боуи для коллектива Mott The Hoople.
А если брать во внимание более старое кино, то вспомним знаменитый советский фильм «Асса» Сергея Соловьева. Он визуализирует значимость Дэвида Боуи несколько иным способом. В этой картине там, где должен был висеть портрет Ленина, находился плакат с изображением Боуи. Так, образ Дэвида стал неким олицетворением протестного настроения советской молодежи конца восьмидесятых годов.
Творчество Боуи вспоминается и на театральных подмостках нашей страны. Так, например, в репертуаре московской Школы современной пьесы есть постановка «Ганди молчал по субботам» по драме молодого петербургского драматурга Анастасии Букреевой. В качестве одного из саундтреков воспроизводится песня Space Oddity — она подчеркивает лирический фон постановки и дарует зрителю чувство космической обособленности, схожее с тем, что испытывают и персонажи драмы, и лирический герой песни.
Так что, быть может, Зигги Стардаст действительно просто улетел на свою орбиту. Осталось только выполнить просьбу космонавта — передать жене, что он её очень любит.