В день расставания, она заказала две порции суши. Налила красного вина в бокал, зажгла свечу, чокнулась со своим отражением в зеркале.
Вино и суши не сочетаются, она не знала наверняка, но ей так показалось...Странно, совсем не было грустно от того, что утром закрыла за ним дверь навсегда, думала - будет тяжелее.
-Господи, как же они этим едят- палочки совсем не слушались.
Соус брызнул на салфетку. Ей стало смешно. Ещё вчера, она торопливо стала бы растирать пятно, извиняясь за свою неловкость. А он непременно заметил бы , какая она неряха, и никчемная хозяйка, попутно вспомнив ещё пару несовершенств. Потом гордо удалился бы из-за стола, оставив ей чувство вины, и утвердившись в собственном превосходстве.
Сегодня пролитый соус вызывал лишь улыбку.
Она наслаждалась тишиной. Музыку она любила, только вот какую, почти не помнила, кажется, что-то из русского рока. Вспомнить бы наверняка. Ему нравилась классика, он вообще был фундаментальным, и это даже считалось бы достоинством, если б не переходило в манию идеальности...Идеальная чистота, стрелки на брюках, речь и манеры, ногти и узел галстука.
Утром он быстро собрал чемодан, сказал, что уходит насовсем. Она ждала этого , и, когда наступил момент, даже не нашлась о чем спросить. Конечно , в его уходе виновата она... выяснять что-то бессмысленно. Она устала соответствовать. Она вдруг захотела жить.
В день расставания она заказала суши... Он не любил суши, он не любил её.
