У всех друзей Каси были свои любимые города, страны, иногда даже целые острова, места куда они сбегали "отсюда" и, после возвращения откуда, снова мечтали о побеге.
А у Каси не было. По крайней мере пока. И это, удивляло многих ее друзей.
В Лондон Кася попала случайно. Ее семья любила путешествовать и с раннего детства дети не очень-то понимали, что такое «граница» потому что и мама и папа придерживались теории о том, что долго жить в одном месте опасно для здоровья и переезжали примерно каждые пять лет. Как им это удавалось, учитывая довольно сложную геополитическую картину мира, в то время, для Каси даже сейчас оставалось загадкой. Но она знала, что ее родители, очень востребованные специалисты по редким языкам, которые невероятно любили свои работы и отличались таким повышенным любопытством к окружающему миру, что и ему было сложно удержаться и не полюбопытствовать, что же это за люди такие забавные.
Вот, поэтому они, наверное, столько и путешествовали.
Когда они перебрались в Англию, Кася поняла, что постарается остаться здесь. Строгость линий, спокойствие толстых стен, и невероятная уверенность в завтрашнем дне, чашке чая и королеве, покорили сердце девочки, которая, в отличие от трех своих сестер мечтала о постоянном доме. И, по ее мнению, дом должен быть именно таким. Уверенным в себе, сдержанным, спокойным, чуточку безумным, у него должен быть акцент… Тот самый Лондонский акцент, который совершенно не походил на текучие переливы речи Касиных родителей, он был немного отрывистым, на слух Касиной мамы, он казался грубым, словно лондонцы немного гавкали, а не говорили, Кася же считала, что этот акцент это еще один признак того, что лондонцы крепко стоят на ногах и знают точно, где их дом. Словно каждым словом они забивали сваи. Кася любила свою семью, любила окружающий мир, но осталась в Англии. Учеба, работа, в общем, родители признали ее право самой себе выбирать дом и Кася, на правах старшей сестры выпорхнула из кочующего гнезда и осталась в Лондоне.
Где, сейчас, пока ее коллеги во время утреннего кофепития обсуждали, где у кого любимые города, Кася пила кофе, пыталась проснуться и немного подслушивала то, что прячется за словами. Оказалось, что у каждого из ее коллег есть свое «тайное место» город, куда они сбегали, где отдыхали и набирались сил, Кася, вдруг, поймала себя на мысли, что все города, где она была она, любила одинаково. И никуда не сбегает "отсюда".
- А у тебя? Какой любимый? – Спросила ее подруга.
- Да не знаю, я, кажется, все люблю.
- Просто ты пока еще не нашла свой, - авторитетно согласилась с ней подруга.
- Нужно обязательно иметь запасные города для побега. Иначе, получается, что совсем не отдыхаешь! - Сказала их общая самая старшая коллега, чье мнение было сродни большой королевской печати в музее, где они все работали.
Сегодня была Касина очередь закрывать музей. На самом деле, музей был всего лищь небольшой квартирой на первом этаже и служебными помещениями на втором. Но именовался гордо "Музей чаепития", и был одним из тех музеев, в котором казалось бы ничего особенного, но почему-то хочется возвращаться сюда все чаще и чаще.
Уходя, Кася привычно поймала теплую волну, идущую от серого, расплывчатого силуэта, маячащего в зеркале.
Ну правильно же, какая Англия без привидения? У них был «кто-то», если честно, как сотрудники маленького музея «Традиционного чаепития» не пытались раскопать историю дома и подобрать хоть одну подходящую личность на роль их призрака у них не получалось. Привидение было слишком застенчивым для боксера Гарри-стального кулака, первого хозяина этого дома, слишком тихим для мадам Полет – второй хозяйки этого дома и слишком добрым для городского судьи сэра Персивалля, который при жизни отличался таким склочным и желчным характером, что дела, которые с ними проходили в суде были заранее обречены на провал. Он не отпустил ни одного подозреваемого и одинаково ненавидел и адвокатов и прокуроров.
А их призрак был тихим, застенчивым и, всякий раз, когда сотрудники и гости музея по вечерам проходили мимо зеркала с маячащим в нем неясным силуэтом им казалось, что их обнимает кто-то очень добрый и родной.
Лондон встретил ее традиционными вельветовыми сумерками. Только в этом городе, вечер, в прохладное время года, отливал теплым вельветом. Шел ли дождь, дул ли ветер мела ли вьюга, минут за сорок до заката наступала особая пора. Ветер вдруг стихал и, казалось, время останавливалось, город, погода, настроение, все вокруг становилось осязаемым, мягким и уютным, как старые вельветовые брюки, которые надеваешь только тогда, когда хочется уюта и тепла и тебе так хорошо в них, что плевать хотелось на то, как ты в них выглядишь. Небо в это время становилось светло-фиалковым, нежно-лавандовым и в конце-концов густым, фиолетовым, с розовыми закатными прожилками, позволяя Кассе наслаждаться игрой слов – Вельвет-вайолет.
- Простите, а можно я задам вам немного странный вопрос, - обратился к ней мужчина, который выглядел так, словно пробежал всю Оксфорд-стрит в самый час пик и теперь пытался восстановить дыхание у дверей Музея.
- Да?
- А у вас в музее случайно нет привидений?
- Есть. А вы что хотите его у нас забрать? – Рассмеялась Кася.
Мужчина отдышался и тепло улыбнулся в ответ.
- Что вы. Нет-нет. Просто, я немного… знаком, кажется, знаком с этим призраком. Он выглядит... в виде небольшого серого пятна в зеркале, скорее всего, да?
- Да, а вы откуда знаете? И вообще кто вы?
- Да я жил тут раньше. Может, выпьем чая? Все в Англии любят чай? – Предложил незнакомец, показывая рукой на какое-то заведение рядом с музеем.
- Там куда вы показываете, подают только карри. И вообще-то не все. Я люблю кофе, - ответила Кася.
Они с Полом нашли небольшое кафе и он рассказал ей забавную историю о том, что он с родителями всю жизнь путешествует, у него три брата и когда-то они пять лет жили в этом доме. И у них была… старая и очень любимая собака. Дворняжка, у которой было храброе сердце волкодава, добрая преданная душа и невероятно забавный хвост похожий на старую швабру, который к тому же был слишком велик для такой небольшой собачки и когда она бежала вперед активно виляя им, то казалось, что вот-вот улетит, как кудлатый серый вертолет. Кася давно так не хохотала, когда Пол описывал ей приключения их собаки, которая, к сожалению уже умерла, хотя прожила с ними шестнадцать лет и до самой старости была самым добрым и самым неусидчивым созданием в мире.
- А почему вы решили, что ее призрак живет в нашем музее? Она тут умерла?
- Нет, она утонула в канале в Амстердаме, когда погналась за чайкой. Просто наша собака обожала Лондон и наш дом тут. И почему-то, не спрашивайте, почему, я подумал, что она могла решить остаться тут.
- Приходите завтра и посмотрите сами. Только ближе к вечеру, силуэт в зеркале, днем, обычно не видно.
- Потому что наша собака была еще и редкой совой, ко всему прочему. Спала до обеда, если бы не мы, она бы вообще вела только ночной образ жизни, но видимо, все же боялась проспать самое интересное.
Утром, когда Кася пришла на работу и привычно налила себе кофе, она вспомнила вчерашний день, все эти разговоры, мысли, призрака собаки и то, что сегодня придет Пол и, вдруг, поняла для себя одну очень важную вещь. Ее любимый город – Лондон. Он же ее тайное убежище и самый прекрасный в мире город для нее. Город, где вечером небо показывает все оттенки фиолетового, воздух перед закатом пахнет теплым вельветом, и призраки собак возвращаются в любимые дома и, продолжая охранять их, кажется, находят для своих хозяев вторые половинки… Правда насчет последнего она была не очень уверена, но вчерашний вечер с Полом была таким… Вельветовым!