Сегодня случилось что-то необычное на службе в церкви нашей.
Но все по порядку.
1. Я не умею петь псалмы. Я их просто читаю. Ну не умею и все-тут.
2. На прошлой службе из-за того, что я читаю Шестопсалмие не так как надо, мною остались недовольны на клиросе и в алтаре батюшка.
3. Я зарекся вообще что-то читать. Мол, больше не буду и все. Спросит отец М, пойдешь, скажу "нет". Пусть читает клирос, как это было до меня.
4. Даже не понимал, что это гордость моя так проявляется.
И вот, сегодня четверг. Великая вечерня. Служба в 15.00 была объявлена всему приходу еще в прошлый раз, на соборовании. То есть это слышали все. То есть, теоретически, должны были прийти хотя бы завсегдатаи. Те самые бабушки и один дедушка. Эта компания ходит всегда, от слова "вообще".
Странность началась еще утром. Мой претеже (его я, возможно, буду готовить себе на замену), семиклассник Ж. отказался идти в церковь, ссылаясь на работу дома. Не пришел бы и А, второй претеже, тоже семиклассник. Но от него не ждал я чуда. Он ходит редко.
После работы я тоже не хотел идти. Вплоть до того не хотел идти, что готов был позвонить жене и сослаться на работу в школе. Но таки через сопротивление пошел.
Подходя к церкви чувствую что-то не то. Кроме заканчивающего мелкую работу на территории отца М. и продавца лавки, никого. Ни постоянных певцов клироса, ни чтеца А, ни прихожан. Вообще никого.
Странно это, ведь я привык, что на всех службах хоть немного, но люди есть, хотя бы бабушки и дедушка. А тут никого. Вообще. А ведь служба скоро начнется.
Ладно, может подойдут. Пошел зажигать лампады и свечи по храму. Время идет, никого.
Вот и служба началась, а в храме никого, кроме продавщицы и пришедшей к ней подруги. НИКОГО. Батюшка, я, жена, продавщица и подруга. ВСЕ. Ну и пришлось мне встать чтецом на клирос к жене.
И прочитал я много чего, и пели с женой, и читали по очереди. И батюшка служил как подобает.
После службы жена с удивлением сделала вывод, что все было сделано под нас, под меня и ее. Почти пустой храм, даже завсегдатаев нет, и я, зарекавшийся читать шестопсалмие, а в итоге читавший все за чтеца.
Больше никогда не буду зарекаться. Надо читать, значит надо.