Еду в автобусе. Пассажиры в основном — сравнительно молодые люди. Все места заняты. На одной из остановок в автобус заходит бабушка лет семидесяти. Я уступаю ей место со словами: «Присаживайтесь, пожалуйста». На что бабушка с некоторым неудовольствием отвечает: «Спасибо, деточка. Но меня это место не устраивает, оно на солнце. А мне на солнце находится нельзя». Тогда вскакивает молодой человек с другой стороны. «Сюда солнце не попадает, проходите, садитесь». Бабушка взглянула на предложенное место критически и говорит: «И это место тоже не подходит. Мне нужно смотреть вперёд, а не сидеть спиной. Меня укачивает». Тут раздаётся чей-то голос в конце салона: «Да, балована наша Галя!»
Еду в автобусе.
Пассажиры в основном — сравнительно молодые люди. Все места заняты. На одной из остановок в автобус заходит бабушка лет семидесяти. Я уступаю ей место со словами: «Присаживайтесь, пожалуйста».
На что бабушка с некоторым неудовольствием отвечает: «Спасибо, деточка. Но меня это место не устраивает, оно на солнце. А мне на солнце находится нельзя».
Тогда вскакивает молодой человек с другой стороны. «Сюда солнце не попадает, проходите, садитесь». Бабушка взглянула на предложенное место критически и говорит: «И это место тоже не подходит. Мне нужно смотреть вперёд, а не сидеть спиной. Меня укачивает».
Тут раздаётся чей-то голос в конце салона:
«Да, балована наша Галя!»