ПОРТРЕТ ЧЕЛОВЕКА С КОМПЛЕКСОМ МУЧЕНИЧЕСТВА

Основная черта мучеников — это несгибаемая уверенность в том, что они жертвы, и кто-то (но только не они) виноват в их страданиях.

Свои истоки мученичество берет в раннем детстве. Маленькому ре­бенку больше всего на свете нужна любовь и забота. Для него она — объективно существующий способ выживания. А стремление вы­жить — основная, врожденная потребность всего живого.

В то же время, ему постоянно внушали, что он должен «заработать» любовь родителей, заплатить за то беспокойство, которое он причи­нил родителям самим фактом своего существования. Ведь ночей не спали, а сколько хлопот, сколько труда, одна стирка пеленок доводила до безумия. А когда болел, сколько жертв пришлось принести! И во­обще: после родов здоровье так и не поправилось. Словом, ребенок начинает понимать, что для него многим пожертвовали и он должен, так сказать, компенсировать.

С другой стороны, что он ни делает — мама и папа никогда не бы­вают довольны. А пока он «плохой», любить его не за что. Если он за­болеет, родители будут ухаживать за ним, но и «счет» ему предъявят немалый. Постепенно озлобляясь, ребенок начинает чувствовать себя жертвой и тоже хочет получить расплату.

Отношение родителей является почвой для мученичества.

Вот «хими­ческий состав» такой почвы:

□ Отсутствие выражения родительской любви.

□ Противоположные реакции родителей (гнев, умиление, равно­душие) при одних и тех же проявлениях ребенка.

□ Раздражительность родителей, неясность причины их раздра­жения.

□ Насильственные методы воспитания (жестокие наказания, уни­жения, побои).

□ «Ты недостаточно хорош, чтобы мы тебя любили. Ты должен за­служить нашу любовь».

□ «Мы так многим для тебя жертвуем, что ты должен заплатить за это: ты должен соответствовать нашим ожиданиям».

□ «От тебя одно беспокойство, ты — источник наших страданий и лишений, ты не оправдываешь наших ожиданий».

□ «Ты не должен злиться, раздражаться или плакать — ты должен испытывать только те чувства, которые нам нравятся».

□ «Ты в ответе за мое здоровье» — «Я поплатилась своим здоровь­ем, когда рожала тебя» («Я тебя рожала, ночей не спала, а ты...»).

□ «Ты в ответе за то, что мы чувствуем, и виноват в наших неуда­чах» — «Если бы не ты, я бы могла (мог)..., у меня была бы дру­гая жизнь».

□ «Если ты не будешь соответствовать моим ожиданиям, я накажу тебя: ты увидишь, как я страдаю — ты тоже будешь страдать от чувства вины».

□ «Не вздумай быть самостоятельным: я не прощу тебе своей не­нужности».

Под влиянием подобных родительских посылов в ребенке начина­ет формироваться соответствующее отношение к себе и к окружаю­щему миру. Другими словами, мученичество пускает свои корни.

Выводы ребенка:

□ «Мне жизненно важно иметь любовь. Я должен ее получить». О «Я не понимаю, что они от меня хотят».

□ «Со мной что-то не так: я причиняю одни беспокойства».

□ «Меня нельзя любить: я недостоин любви».

□ «Я не в состоянии соответствовать всем ожиданиям» = «Я ни­когда не получу любовь».

□ «Я не должен сердиться или плакать, но я сержусь и плачу. Зна­чит, я плохой».

□ «Я почти никогда не оправдываю ожиданий, значит, я плохой, я ничтожество».

□ «Когда мама (папа) страдает, она добивается большего внима­ния, чем я, когда стараюсь соответствовать ожиданиям».

□ «Любят только тех, кто исполняет желания, удовлетворяет по­требности — любовь заслуживают своей необходимостью и по­лезностью».

□ «Я должен платить за любовь, и мне должны платить за любовь». О «Я не могу заставить вас любить меня, но я могу заставить вас страдать: вы будете видеть, как я страдаю, и будете испытывать чувство вины».

□ «Я всемогущ: от меня зависит жизнь, успешность, здоровье дру­гих людей».

□ «Если я скрою, какой я, то они могут подумать, что я хороший, и полюбят меня».

□ «Я совершенно беспомощен, я ничтожен, но никто не должен знать об этом».

□ «Окружающие в любой момент могут сделать мне больно или догадаться, что я ничтожество — я должен контролировать их».

□ «Если я один, значит, меня никто не любит, значит, я действи­тельно полное ничтожество. Чтобы они не покинули меня, я дол­жен сделать так, чтобы они не смогли обходиться без меня».

Мученик желает получить сполна за свои труды. На нем лежит целая куча обязанностей, он выматывается и устает, зато он сделает так, что­бы все знали, какие жертвы принесены им во имя других.

Мученик наполнен гневом, который он может подавлять в себе, пока он не находит выхода в эмоциональном срыве, депрессии или заболеваниях. Собственно, он не упускает случая, чтобы наказать тех, о ком заботится, если они не проявляют к нему должного внимания и любви.

А они и не проявляют, поскольку:

• во-первых, мученик выбирает партнеров или воспитывает де­тей, которые привыкли потреблять, не давая ничего взамен;

• во-вторых, мученик сам берет на себя решение проблем ближ­них, а затем сердится на них за то, что те не решают пробле­мы самостоятельно;

• в-третьих, если бы ближние решали проблемы самостоятель­но, мученик почувствовал бы себя отвергнутым, незаслуженно обиженным недоверием, и снова имел бы право сердиться.

В общем, у мученика всегда найдется причина для обиды. И это — еще одна его характерная черта. Простить — значит понять и принять человека таким, каков он есть, а затем сделать выбор, находиться ли с ним в близких отношениях или жить на расстоянии, не общаясь. Но мученик не может сделать ни того, ни другого. Он всегда хочет переде­лать другого человека. И это стремление есть смещение собственного стремления к недостижимому совершенству. Однако ему легче взять­ся за изменение другого, чем себя. Своим оружием он может считать любовь, власть, стремление к совершенству, но, по сути дела, все это нужно только ему самому для того, чтобы постоянно чувствовать соб­ственную значимость.

Однако это стремление никогда не бывает удов­летворено:

• во-первых, ему постоянно кажется, что его труды и старания недостаточно оценили;

• во-вторых, где-то там, в глубине души, он понимает, что во­все не такой добрый, каким хотел бы казаться, и этот внут­ренний конфликт порождает тревожность и угнетенное со­стояние;

• в-третьих, та осознанная и неосознанная враждебность, ко­торая наполняет душу мученика, очень не вяжется с его ро­лью жертвы, и такое противоречие разрушает самоуважение;

• а в-четвертых, он действительно устает, выматывается и стра­дает, и все это отнимает огромное количество энергии; рано или поздно он чувствует тщетность всех своих усилий и тяже­ло переживает беспомощность.

Результаты:

□ Страх одиночества.

□ Навязчивое стремление к любви, зависимым отношениям. П Стремление к превосходству.

□ Стремление к доминированию, власти (открытой или тайной) и контролю.

□ Самоуничижение.

□ Высокомерие.

□ Периодические вспышки раздражительности и гнева.

□ Постоянное чувство вины.

□ Склонность к депрессии.

□ Тайная мстительность. О Обидчивость.

□ Тайное презрение к себе.

□ Проецирование своего самоотношения на окружающих и за­тем — страдание от чувства недостаточной «ценимости» ими.

□ Подозрение, что окружающие не любят, а только используют и не платят благодарностью.

□ Готовность терпеть унижения ради того, чтобы не остаться в оди­ночестве.

□ Подмена ответственности: «От меня зависят их судьбы» / «Они в ответе за мои несчастья».

□ Построение взаимозависимых отношений. Близкие должны быть в достаточной степени беспомощными, чтобы мученик чувствовал свою значимость и незаменимость. Мученик для это­го готов вывернуться наизнанку. С этой целью он интуитивно выбирает партнеров, которые склонны сваливать ответствен­ность за свою жизнь на других. Однако это выматывает и самого мученика.

□ Потребность жаловаться тем, от кого не зависят изменения, ради сочувствия, ради желания, чтобы все знали, какие жертвы муче­нику приходится приносить.

□ Мстительные мысли и желания. Поступки, слова, вызывающие у окружающих чувство вины перед мучеником. Тайное причи­нение душевных страданий тем, кто не выражает достаточной благодарности мученику (последней, как уже говорилось, ни­когда не бывает достаточно). Ведь страдания из-за него тоже подтверждают его значимость и высшую власть — власть над чувствами!

□ Болезненное восприятие критики. Критика воспринимается особенно болезненно, потому что в глубине души мученик ей верит, а это значит, он не настолько хорош и значим, насколько он хочет казаться. Критика вызывает панический страх, а затем уже защитную ярость, потому что критикующий как будто бы догадался о том, что мученик тщательно скрывает. И к тому же он целиком зависит от мнения окружающих. Все, что он дела­ет, — это только для того, чтобы «заработать» любовь. Критика же в понимании мученика лишает его права на любовь. Это для него равносильно психологической смерти.

□ Частые конфликты, обиды. Страхи, гнев, боязнь критики и не­уемная потребность получать одобрение людей лишает мучени­ка способности объективно рассматривать конфликтные ситуа­ции, открыто признавать себя неправым, понимать и принимать желание окружающих также чувствовать себя значимыми, сво­бодными, иметь собственное мнение. Собственные болезнен­ные чувства оглушают и ослепляют мученика и заставляют яро­стно сражаться даже там, где спор может быть разрешен простым вниманием к сути конфликта и к потребностям его участников.

□ Сниженный фон настроения, чувство угнетения, усталости, деп­рессия.

□ Несмотря на явную невротизацию характера при развитии му­ченичества, этот комплекс позволяет осуществить почти все ба­зовые потребности, описанные Маслоу, что делает его чрезвы­чайно устойчивым психическим образованием.

Мученик не видит возможности для самореализации рядом с психологически зрелым партнером и поэтому его всегда влечет к людям, личностное развитие которых по каким-то причинам остановилось на уровне детского или подросткового возраста.

Недостаточное чувство самоценности, непринятие себя в сочета­нии с настоятельной потребностью получать любовь неотвратимо при­водят к желанию постоянно доказывать свою нужность, абсолютную необходимость для значимых людей. И ничто не дает для этого боль­шей возможности, как окружение себя людьми, не желающими (или не умеющими) принимать на себя ответственность.

Дети мучеников вырастают под неусыпным контролем и опекой. Они либо привыкают к этому и тогда становятся совершенно бес­помощными и безответственными, легко поддающимися чужому влиянию, либо в определенном возрасте, чаще всего, подростковом, стре­мятся вырваться из-под опеки и контроля и бунтуют, совершая асоци­альные поступки. При этом они остаются безответственными, посколь­ку просто не имеют представления о том, что значит отвечать за свои действия. Эти дети, как правило, не знакомы с самоуважением, по­скольку им не у кого было этому научиться, уважение к себе они под­меняют гонором, требовательностью, тщеславием и тревожным с а-молюбованием.

С другой стороны, попустительство, к которому иногда прибегают мученики, уставая от неусыпной «битвы за власть», в конечном итоге не делают их близких ни по-настоящему свободными, ни ответствен­ными. Люди, прожившие большую часть своей жизни под чьей-то опе­кой, уже не могут без нее обходиться. И потому очень быстро находят замену — среди неформальных лидеров на улице (если это касается подростков), у других партнеров (если это касается супругов).

Мученик строит свои отношения со значимыми людьми по прин­ципу «Любовь через поглощение психологической территории парт­нера, через лишение его суверенитета».