Почему Прага-лучшее место для любителей астрономии? Чешская столица когда-то была магнитом для ученых, изучавших звезды.
Прага имеет свою звездную репутацию-ее история с астрономией и астрологией восходит к 17 веку, когда эти две дисциплины часто сливались воедино. При императоре Рудольфе II, покровителе искусств и наук, Прага стала маяком для астрономов, алхимиков и философов.
Сокровища национальной библиотеки Чешской Республики, открытой в 1722 году, включают коллекции древнегреческих текстов, редких богемских рукописей и механических глобусов.
Один из них, Иоганн Кеплер, был талантливым учителем математики, который был изгнан в 1600 году из Австрии за свои Некатолические убеждения. Кеплер приехал в Прагу в качестве ученика своего коллеги-звездочета Тихо Браге (оба они увековечены в бронзовой скульптуре менее чем в миле от обсерватории) и жил в маленькой квартире на Карловой улице, 4, недалеко от Карлова моста. В качестве побочного концерта Кеплер писал гороскопы для мистически настроенного императора.
Основополагающий текст Кеплера "Harmonices Mundi" был опубликован ровно 400 лет назад. Это расширение исследований Кеплера о движении планет, в которых он доказал, что планеты движутся по эллипсу—а не по кругу—вокруг Солнца. (Если вам нравится смотреть в небо, Прага это одно из лучших в мире мест для наблюдения за звездами.)
Когда я узнал, что Кеплер проводит большую часть своего времени в Праге, уточняя теории, которые вошли в Harmonices Mundi, я понял, что должен поехать туда.
Прага с ее радикальными началами. "Прага находится в центре Европы, и здесь очень много энергии. Люди, которые чувствительны, они чувствуют это."
Другими словами, та же самая сила, которая вдохновляла всех этих философов тогда, привлекает путешественников сегодня, даже если они этого сами не знают.
Возьмите Карлов мост, самое посещаемое место Праги: еще в 1357 году Карл IV (Еще один метафизический монарх) приказал заложить первый камень ровно в 5: 31 утра 9 июля, создав таким образом благоприятный палиндром
Император Карл IV учитывал нумерологию при строительстве знаменитого Карлова моста.
Ключи к космической стороне Праги разбросаны по всему городу. Некоторые прячутся на виду,например, гигантские астрономические часы на Староместской площади, которые каждый час привлекают толпу фотографирующих туристов, когда они бьют. Глядя на его загадочное наложение вращающихся дисков, средневековых цифр и небесных символов, я изо всех сил пытаюсь прочесть Реальное время. Но это потому, что его функция больше астролябия, чем часы. Передние стрелки следят за движением солнца и Луны по Зодиаку-полезно для горожан, которые хотели узнать правильный день, чтобы получить медицинскую помощь или купить новый дом.
В одну ясную ночь я направляюсь к восточному куполу Штефанской обсерватории, расположенной на холмах над Пражским районом малая страна. В отличие от неуправляемого Старого города, здесь все спокойно. Обсерватория находится на вершине сада Лобковича, и чтобы добраться до нее, я воспользовался фуникулером. Выйдя со станции, я прошел через розарий, где кусты розовых, белых и красных цветов ловили последние лучи вечернего солнца.
Войдя в обсерваторию, я обнаруживаю, что смотрю в конец телескопа-отражателя. Над головой вращается вся полусфера крыши. Я слышу скрип шестеренок, вращающихся, как спицы на гигантском велосипедном колесе. "Ага! Юпитер! Восклицает чешка, указывая на яркое мерцание между двумя соснами вдалеке. Мы смотрим вверх в волнении, пока не понимаем, что это. Нет, это самолет, признается она. Но Юпитер очень похож.”
Пятнадцать минут спустя, в Западном и еще большем куполе объекта, мы наконец-то ловим Юпитер, поднимающийся между теми же двумя деревьями. Взобравшись на верхнюю ступеньку лестницы, я смотрю в объектив и, к своему ужасу, вижу самую четкую картинку планеты, которую когда-либо видел. Он похож на пастельно-оранжевый шарик, плавающий в чистой черноте космоса. Изображение настолько четкое, что я даже могу различить две полосы облаков на его гладкой поверхности. Три луны—Каллисто, Ио и Европа—подчеркивают эту сцену. Оглядываясь вокруг на четыре или пять других фигур, собравшихся в темноте, я недоумеваю: почему здесь, наверху, нет больше людей, видящих это? Потом я вспоминаю: сегодня субботний вечер, и большинство посетителей думают не о планетах, а о пилснере.
Я провел много время в астрономической башне внутри Клементинума, старого, расползающегося иезуитского университета в центре города. Заполненный астрономическими инструментами XVII и XVIII веков, он во многих отношениях является последним нетронутым памятником звездной Праге. Запрыгнув на последнюю экскурсию дня, я присоединяюсь к группе из 25 посетителей, и мы поднимаемся гуськом вверх по плотно закрученной металлической лестнице. Первый этаж башни открывается в Национальную библиотеку Чешской Республики, с ее спиральными деревянными колоннами и коллекцией небесных шаров, зал мало изменился с 1722 года. Если бы сам Дамблдор оторвался от чтения гигантского Тома заклинаний, я бы не удивился.
Возвращаясь в отель, я замечаю вывеску с надписью " музей Кеплера.- Взволнованный, я иду по узкому переулку мимо нескольких зданий, но прихожу в тупик. Музей с тех пор закрылся, и в пустом дворе осталась только металлическая сфера с выгравированной на ней Латинской цитатой из Кеплера: “Ubi materia ibi geometria.- Там, где есть материя, есть и форма.
Прага это, тихий контраст с городскими “пивными велосипедными” турами. Если вы охотитесь за этим, появляется более четкий образ хореографического неба и захватывающих звездных открытий, возвращаясь к тому времени, когда люди только просыпались, чтобы узнать тайны нашей Солнечной системы.
Прага, очаровывает и влюбляет каждого своего посетителя, оставляя приятный след в ваших воспоминаниях о проведенных днях в этом городе.
«Любить жизнь гораздо проще, когда путешествуешь. Там, где никто тебя не знает, все в твоих руках, ты действительно становишься хозяином своей судьбы.»
© ХАННА АРЕНДТ