Глава 6.
– Смерть всем смыслам мира, где юристы определяют всё – и в первую очередь те, кто защищает права бизнеса, – беззвучный смех в беседах слишком часто выражал возрастающую горечь сердечных ощущений. – Ушло время, когда бал правили меч или даже кольт; традиция, сила духа и кулака. На их месте давно сидит проныра, знающий схемы мутного океана права – как увести предприятие у партнёра, как разорить конкурента; как не сесть в тюрьму за любой подлог. Схем тысяча, а юрист – на коне, потому как знает все схемы в отдельности. Как демиург, он чувствует силу и слабость каждой из них – прикладывает одну к другой и отнимает одну от другой. Каждая комбинация усиливает позиции демиурга и ослабляет позиции его врагов.
Главная мишень на этом поле брани – закон. Именно он противостоит потребностям алчущих клиентов; именно он предстаёт системой единичных и массовых неувязок, используя которые, можно увести предприятие у партнёра, разорить конкурента; не сесть, в конце концов, в тюрьму за самый немыслимый подлог. Закон люди придумали, чтобы ограничить самость; человек же по натуре самостен – и он всегда будет пытаться овладеть всем. Закон есть результат деятельности коллектива; а коллективный продукт – противоречив. Проныра-юрист – всегда одиночка, и он найдёт все неувязки, – он расковыряет их пальцем до кровотечения, он расшатает парадоксами любую цитадель правовых истин, он добьётся её слома во имя победы в процессе.
Справедлива ли система – вопрос не ставится. Всё, что побеждает – имеет право на существование; всё проигравшее – на свалку истории. Нет понятия нравственности, сочувствия, прощения – есть только ловкость проныр. Юристы – властители мира. – Но сможет ли современное человечество жить без юристов? – ответ прагматики подходов давил любую эмоцию. – А юристы – без человечества; то есть, работодателей? Здоровый паразитический симбиоз, и все довольны.
– Вот вы затеваете процесс против уважаемого фонда, – эта речь была обращена непосредственно к Бахметову. – На площадке права противника. В этом случае шансов на выигрыш – мизер. Поимел фонд чью-то собственность по праву сильного – чего махать кулаками после драки? Была фирма и на законных основаниях занималась бизнесом в варварской стране. Стоит ли ворошить старое? В те времена всем вам нужно было быть сильнее – тогда бы удержали своё. А сейчас адвокаты ответчика не дадут вам жизни, и разнесут в прах любой аргумент – для того и наняты. Торжество юриспруденции. А то, что вывезли деньги из России – разве это неординарное преступление? А остальные сколько вывезли? Весь мир уже от вас столько вывез, что всех пора понять, простить; и начинать жизнь с чистого листа. А сейчас и не разберёшь – кто прав, кто виноват – все правы, и все виноваты. Ведь многим тогда хотелось хапнуть, многим? Да и у народа не убудет. Странный в России народ.
АЛЕКСАНДР АЛАКШИН. БРЮССЕЛЬСКИЙ СЧЁТ. СПб., 2016. С. 37–38.
"БРЮССЕЛЬСКИЙ СЧЁТ" – ПРОДОЛЖЕНИЕ "ПЕТЕРБУРГСКОГО РОМАНА"И "МОСКОВСКОГО РОМАНА".