Говорил старец Епифаний:
«Для меня нет большего удовлетворения, чем сидеть часами в исповедальне и примирять человека с Богом».
Светлым примером клирика посвятившего себя своему делу был старец Епифаний из Афин. Мы приводим здесь несколько его слов, обращенных ко клирикам:
«Я совершенно безземельный. У меня нет ни пяди своей земли, хотя я и не из бедной семьи. Никакого имущества я не имею, ни движимого, не недвижимого, кроме своих скромных, простых и незатейливых облачений, ряс и книг. Миловал меня Господь, и даже до сего дня я не приобрел от священства ни гроша: ни платы, ни вознаграждения за священнодействие». «Не будем забывать, женатые и неженатые, что мы представители кроткого и смиренного сердцем Иисуса. Мы призваны преуспевать в смирении, а не ссориться в алтаре из-за первенства». «Клирики, и, тем более, безбрачные, должны выбираться из людей зрелого возраста, отличного воспитания, крайнего благоговения, блестящего поведения, адамантового характера и гармоничного душевного склада, приобретенного трудами и потами, молитвами и поучениями, постами и бдениями, добровольной нищетою, злостраданием и различными лишениями. Ибо подвиг – это привилегия и обязанность не только монахов, но и каждого верующего, и, прежде всего, клирика, в особенности безбрачного. Православная Церковь глубоко аскетична, и кто не любит подвига и друг неги и покоя, тот не имеет в ней места».
Старец Даниил, подводя итог своим словам о качествах, необходимых духовнику, говорил:
«Во-первых, к согрешающим он должен иметь блаженное терпение и показывать великую любовь. Во-вторых, он должен соблюдать тайну и предпочесть лучше умереть, чем открыть грех исповедовавшегося ему. И, в-третьих, он должен иметь своим верным проводником добродетель рассуждения».
Хороший духовник сострадает исповедующимся. Старец Иаков говорил об этой своей боли так:
«Я сострадаю исповедующемуся мне человеку. Я болею вместе с ним. Я болею и плачу за исповедующегося. Я молюсь святому Давиду, чтобы забыть после исповеди ненужное и помнить о том, о чем нужно молиться. Я молюсь за исповедующихся, беспокоюсь за них и снова жду их прихода».
Опытный духовник старец Филофей говорил:
«Я свидетельствую, что часто после исповеди, в особенности в больших городах, хотя, впрочем, и в селах, весь день и большую часть ночи я чувствовал такое истощение, что падал на свое ложе, как мертвый, думая, что я больше не встану, а умру или буду долго болеть, оставаясь неподвижным и бездеятельным. Но когда я просыпался утром, я чувствовал себя совершенно здоровым и имеющим новые силы».
Говорил старец Епифаний:
«Для меня нет большего удовлетворения, чем сидеть часами в исповедальне и примирять человека с Богом».
О молодых клириках, которым не терпится стать духовниками, старец Паисий говорил:
«Торопящиеся стать духовниками и имеющие в себе еще много духовного яда, похожи на неспелую и терпкую айву, из которой, сколько бы мы сахара ни положили, не получится хорошего варенья, а если и получится, то быстро прокиснет. Сладостные слова и великие истины имеют цену, когда исходят из истинных уст, и находят себе место только в склонных к добру душах и в великодушных людях, имеющих чистый ум».
О деятельности духовника старец Филофей говорил:
«К нынешнему лукавому роду духовник должен применять икономию (снисхождение), ибо, если он применит в точности церковные каноны, то достойных Причащения не найдется никого из исповедующихся или найдутся совсем немногие. Но духовнику нужны большое внимание и рассуждение, и теплая молитва к Небесному Богу и Отцу, чтобы Он просветил его, как применять икономию».
Духовник должен иметь большой опыт, чтобы уметь относиться к людям с пастырской отзывчивостью. Старец Порфирий, ставший духовником в возрасте 21 года, рассказывал о самом себе следующее:
«Поскольку первое время я был неопытным, то на приходящих исповедоваться монахов и мирских налагал тяжкие епитимьи. Но многие из них в скором времени снова приходили ко мне и говорили, что не могут вынести наложенных мною епитимий. Теперь я вижу, насколько тяжелые епитимьи я налагал, и это было по причине моей неопытности». И в другой раз сказал: «Когда я ничего не ем, тогда лучше понимаю души людей».
Пожалуйста подписывайтесь тут, что бы дзен показывал это другим.