(записи перед поездкой на празднование столетия Фёдора Абрамова)
Чем живём-кормимся?.. Сорок с лишним лет назад задал Фёдор Абрамов этот вопрос, в открытом письме к своим землякам.
О чём он писал тогда?.. О том, что разучились работать на своей земле, что сваливая все беды сельской жизни на «начальство», сами опустили руки…
Что сказал бы он нам сегодня? Не знаю, не могу за него говорить. Но, исходя из того, что он писал и говорил, исходя из личного опыта, думаю, что мало хорошего о нынешней русской жизни сказал бы Абрамов…
Читаешь его рассказы, публицистику, смотришь запись его выступления в Останкине: всё там – обжигающая, и сегодня не устаревшая, правда, зачастую, горькая правда…
Эту правду вместе с ним говорили, писали, отстаивали Александр Яшин, Василий Белов, Валентин Распутин, другие писатели, близкие ему, в основном «почвенники» или как чаще их называют «деревенщики» (хотя я точно знаю, что Белов очень не любил это словечко)…
В своём творчестве они поднимали тему обмеления, умирания русской и, прежде всего, деревенской жизни. Тему «раскрестьянивания».
Но если они говорили о «раскрестьянивании», то нынче впору вести речь о расчеловечении, о попытках расчеловечения…
Помните, как на встрече в Останкине Абрамов рассказывал о поездке в США? Приехали на ферму – там всё механизировано (это, видимо, 70-е годы)… Он говорил тогда как о чуде каком-то той ферме. Рассказывал, как спросил у фермера знает ли тот клички коров – тот удивился, мол, зачем… И задал вопрос Абрамов: вот если к нам придут такие фермы – для экономики это может и хорошо будет, а вот для души хорошо ли если не будет доярок, не будет кличек у коров? И сам же ответил, что, наверное, не очень хорошо.
Прошли годы – такие фермы, наверняка, даже более технически оснащённые, есть и у вас в Архангельской области и у нас – в Вологодской…
Крестьян, практически, раскрестьянили, коров извините – «раскоровили», превратив их в станки для молока… Что дальше-то? Корова без навоза? Робот, в который загружается трава или даже какие-то вещества, а вытекает из которого молоко?..
Я конечно не за тяжёлый, и почти рабский в колхозное время, труд доярок, но я и не за повсеместную роботизацию. Точнее, скажу так – я против только экономической выгоды, причём скоротечной.
Если на ферме тысяча голов скота, а обслуживают эти рогатые головы четыре человека, то возникает вопрос: а где же все остальные работавшие когда-то на ферме десятки людей? Чем они живут-кормятся?
Можно помечтать, что люди освободившись от тяжёлой работы на ферме, занимаются личным подсобным хозяйством, избытки со своих огородов продают на ближайших ярмарках, ремёслами занимаются, творчеством…
Помечтать можно. Чем занимаются на самом деле, вы и без меня знаете. Работы людей лишили, но зато есть сейчас в неоптимизированных, в неукрупнённых деревнях и сёлах и телевизор, и Интернет, а с ними и бесконтрольный поток информации, и передачи самого сомнительного свойства напрямую растлевающие душу… Вот в этом современное село уже ничем не отличается от города…
Телевизор и интернет – орудия расчеловечения… Как противостоять этому? Как? Это конечно не только наша проблема – общемировая… Человек всё больше становится винтиком, придатком к различным цифровым технологиям…
Например: совсем недавно видел передачу по тому самому телевизору (может, лучше бы и не видел) – в Швеции уже несколько тысяч человек живут с вживленным под кожу на пальце микрочипом. Очень удобно – все данные о человеке на пальце. Но наши карточки зарплатные не то же ли самое? А теперь представим – перестали работать банкоматы по любой причине (у нас есть посёлки, где поставили банкомат в администрации, а зарплату теперь наличными нигде не выдают). И вот перестал работать банкомат… Это не рычаг давления на человека? То есть власть в руках того или тех, кто может влиять на банкоматы, карточки, микрочипы. Однажды одним нажатием кнопки кто-то будет иметь возможность влиять на любого человека, на весь мир. Фантастика? Но ведь и фермы с роботами-доярами в вологодских и архангельских деревнях совсем недавно были фантастикой.
Ещё пример расчеловечения: активно ведётся дискуссия о так называемом «матчестве», и многие ведь поддерживают. Это когда вместо имени отца, вписывается имя матери: Например, «Николай Аннович». Уже есть примеры такие. Отец, мол, плохой был, нечего его имя и записывать в документы. А ведь это значит – отказаться от отца. Но завтра кто-то скажет – мать плохая. Скажут – мать забудь… Отечество забудь, родину забудь… Они же плохие… И это не где-то далеко происходит, это у нас всерьёз обсуждают в стране… И это страшно. И этому надо противостоять.
А то, что мы, и что, наверное, ещё страшнее – всё больше общаемся не в реальной жизни, а посредством интернета? Разве это не расчеловечение. Порэтому-то и важны такие встречи, как сегодня. Нужно глядеть в глаза друг другу, и хотя бы стараться услышать друг друга. Поэтому я стараюсь соглашаться на все приглашения встретиться читателями. Поэтому я веду в нашей областной детской библиотеке и ещё в пяти библиотеках Вологодского района клубы детского чтения и творчества. Около двухсот ребятишек в них занимаются – собираемся, читаем книжки, говорим о книгах, о жизни, сами пишем рассказы и стихи… По-моему, это важно… Это живое общение.
А то с этими компьютерами мы скоро писать разучимся… Да-да… Многие ли из нас уже пишут рукой и ручкой, чаще наверное в компьютере набираем тексты. То есть, утрачивается навык письма. То к чему человечество шло тысячелетия – утрачивается. Разве это не расчеловечение? Надо возвращать в школы уроки чистописания. Надо чтобы учителя не бесконечные отчёты писали, а учили детей выписывать палочки, крючочки, буквы, соединения букв… Правда, нынешние молодые учителя многие ли сами-то уже это умеют? Их этому тоже уже не учили…
А засилье бюрократии, диктатура бюрократии – это разве не расчеловечение? Казалось бы везде компьютеры, электронная почта – однако же, бумаг, отчетов, проверок и перепроверок всё больше и больше. Любое живое дело вязнет в болоте бюрократии. Вспомните, какая отчётность сейчас у учителей – когда им детьми-то заниматься и самообразованием? Отчётность в библиотеках, в сельских администрациях такая, что поговорить с людьми некогда…
Да что там!.. Примеры в нас самих – оравнодушели, многим-многим деньги белый свет застят. «Ничего личного – только бизнес» - это уже не американская поговорка, это наши реалии…
Ничего личного – и банкротят предприятие – городской ли завод, сельский ли СХПК (бывший колхоз). Ничего личного: и сплошняком вырубают лес, оставляя уродливые вырубки-пустыни, с метровыми пнями, кучами веток, изрытой гусеницами землёй. Это где происходит? На Луне? Нет, у нас. Вам ли не знать… Но во времена, о которых Абрамов писал, хоть оправдание было таким вырубкам – война, восстановление страны после войны. Сейчас какое оправдание варварскому уничтожению остатков русского леса? И кто должен противостоять этому? Мы должны. Абрамов как говорил: самые это отвратительные слова – я ничего не могу, моя хата с краю… Шиес показал, что люди многое могут. Правда, Шиес не решил проблемы утилизации мусора, но может, хоть подвигнет кого-то к решению этой проблемы не за счёт нашей земли….
Конечно, я сейчас сгустил краски и жизнь наша и в городе и на селе разная. Есть и положительные моменты. Например, в сравнении с 70-ми-80-ми годами, когда активно работал и выступал Абрамов, несравненно большую свободу, широту получила церковная жизнь. Другой вопрос – есть ли в этой жизни такая огненная вера, что описана в рассказе Абрамова «Из колена Авакумова», в котором, как вы помните Соломея – словом Божьим, своей верой, воскрешала из мёртвых, лечила… Хотя, наверняка, есть и сегодня истинно верующие. Есть и церковная жизнь в городах и в сёлах. Есть и замечательные, и, что очень хорошо, молодые священники, которые служат в сельских приходах, и живут там же, вместе со своей паствой. Это положительный момент.
Наверное, нельзя не отметить возросший в последние годы интерес к краеведению, истории своей малой родины, своей семьи – это тоже положительный момент.
Это, пожалуй, стихийное, интуитивное – народное противостояние вот тем страшным процессом расчеловечения.
И писатель сегодня должен быть вместе со своим народом в этой борьбе. Ведь Абрамов же сказал: «Главное, будить в человеке Человека». Вот и надо «будить Человека» в самом себе, ну а дальше, Бог даст – и в читателе.
А живём-кормимся, как и прежде не хлебом единым, но и словом, в том числе и словом Фёдора Абрамова.