Предыдущая глава "С кружкой наперевес против штрафа"
- Что, так кружкой и черпал?! - восхитился Лёва. Вечерняя компания в яблоневом саду деликатно прислушивалась к разговору. Лихой мужик за обе щеки уписывал вкуснейший пирог от Марьи-искусницы и одобрительно пялился на Лёшку. Горожанин меланхолично кивнул.
- Погоди-погоди, - сообразил полуселюк. - Это что же получается? Один кубометр - тысяча литров. В кружке помещается миллилитров триста. Ну, триста пятьдесят. Чтобы убрать лишнюю четверть куба, потребовалось бы вычерпать больше семисот кружек. Да ты бы за сутки не управился!
- Прокуратура сломалась на тридцатой, - скромно признался журналист. - Дамы взяли с меня честное слово, что дочерпаю после проверки, и ушли. Я думал, дольше трудиться придётся.
- Наверное, ты выглядел очень убедительно, - со смехом протянул Лев.
- Наверное, я выглядел альтернативно одарённым. Около сарая стояло ведро, - Лёшка сунул в рот кусочек воздушного теста с хрустящей корочкой. Вздохнул, - я его заметил, когда прокурорш к калитке провожал.
Поселковый бомонд одобрительно и необидно посмеялся. Всеволод махнул рукой:
- Не угадаешь тут, к чему придраться могут. У меня спросили: почему свиньи так плохо пахнут? А я что сделаю? Это ж свиньи! Хорошо хоть проверяльщицы носы сморщили и ушли.
- Ты бы мог их помыть, - предложила Вероника. Она никакого хозяйства не держала, кормясь исключительно за счёт своих лекарских навыков. - Свиней, не проверяльщиц.
- Бесполезно, - пожал плечами мясник. - Да и прокурорши бы тогда дольше у меня ковырялась. Оно мне надо?
- А я думал, ты книгу писать сел, - Лёшка сделал вид, что не слышал бестактного замечания Добрыни и вообще очень заинтересован рассказом Татьяны. Пекарка, променявшая сон на общение, горячилась, всплескивала руками, фыркала неодобрительно:
- Они меня спрашивают: какой уровень выброса углекислого газа от вашей печи? Эту печь ещё мой дед складывал, когда за каждый чих и пук перед природой отчитываться не надо было. Упырихи обрадовались: нелицензионное использование раритетных приборов, не прошедших экологическое освидетельствование! Печь у них - прибор! Штраф давай оформлять. А я им: на ваши писульки ларискин козёл прибор свой клал. Это же культурное достояние посёлка, а не печь! Туристы приезжают смотреть и учиться, как я хлеб пеку. Значит у меня не только пищевое производство, но и культурное шоу. Культура природоохранной прокуратуры не касается! А они мне: нас всё касается.
Татьяна вздохнула, шумно хлюпнула чаем, отправила в рот ложку янтарного варенья:
- Короче, опять война! Пять лет никого моя печь не тревожила, и вот, по новой! Снова комиссии, юристы, эксперты. Опять доказывать, что газа этого от меня с гулькин хрен, - пекарка яростно стукнула ложкой по столу. - Как же всё надоело! Каждый год таскаются, замечания одни и те же делают, справки одинаковые требуют. Я уже в третий раз свою печь отстаивать буду!
- Надо изобразить бурную деятельность, - предположил Добрыня, - ты просто под руку подвернулась. Может, норму по штрафам не выполнили.
- Тебе виднее, - Татьяна яростно заедала стресс сладким, запасаясь силами перед "военными действиями". - Да только хрен им, а не галочка в отчёте! Я так просто не сдамся!
Пропахшая сдобой румяная пекарка сейчас напоминала валькирию из скандинавского эпоса. Такая действительно не сдастся.
- Интересно вы тут живёте, - как бы между прочим отметил Лёшка. - С прокуратурой воюете, грабителей гранатами глушите. Что за особое положение?
Над столом повисла тишина. Только самовар, вещь неодушевлённая и момента не чувствующая, булькал кипятком.
- Так ты что, - первым опомнился шустрый Лев, - не в курсе, куда приехал?
Продолжение "Здесь тебя точно никто не найдёт"
Ссылки на все главы повести "10 шагов к Нобелевской премии" размещены здесь.