Спустя сутки после начала поездки мы проснулись кто в палатке, а кто в машине на берегу озера Балхаш.
Балхаш - это местная тема для легенд, гордость Казахстана, 14-е по размерам озеро на планете и просто удивительное явление природы. Водоём, разделённый надвое - одна половина полна пресной воды, другая - солёной, и одну часть с другой связывает пролив. Это даже на карте смотрится странно и необычно.
Достали испечённый ещё дома торт, заново развели костёр. Праздновали мамин день рождения.
Сейчас я даже не помню, что за торт-то был. Не помню, что мы ели и о чём разговаривали. Потому что в тот день произошли другие события, и мой мозг справедливо решил, что по сравнению с ними праздничный завтрак не заслуживает запоминания.
Полинка, которой на тот момент двух лет не было, заперлась в машине. Закрылась и заблокировала двери. Случайно, конечно. Ключи остались внутри. Мы суетились вокруг и сквозь стекло показывали Полинке на блокиратор двери, но у сестрёнки не хватало сил его подвинуть и выдернуть. Маленькая несмышлёная девочка не понимала, что наделала. Скоро ей всё это надоело, и начались всхлипы, а потом и истерика. Папа с мамой всерьёз было собрались разбивать стекло в машине. Почти решились, но тут Полинка успокоилась, развеселилась, перелезла на переднее сиденье и с наводки взяла ключи от машины.
Воодушевившись, папа долго уговаривал её нажать на кнопочку, но она жала всё не на ту и очень веселилась - обычно ей не разрешали брать ключи. Когда же наконец раздался звук разблокировки дверцы, её распахнули мгновенно, рывком, и сразу подхватили Полинку на руки.
А потом в немного схожем духе начудила я.
Палатку и машину мы, предварительно проверив линию прилива, поставили на песчаном мысе. Он вдавался далеко в озеро, а на его конце вздымались скалы. Мы с Захаром пускали "блинчики" с берега, лазили на дерево, на котором было гнездо со скелетиками и пухом. Видимо, молодые и глупые птицы свили гнездо слишком низко, и его затопила вода (мы удивлялись, насколько её уровень может подняться, но такая возможность очень даже имелась). Выше в ветки было впутано ещё одно гнездо - такое же, только пустое. Мы решили, что те же птицы сделали его после потопа и вывели-таки птенцов.
Я подбирала камешки, ходя вдоль берега, а потом полезла на скалы. Захар не пошёл со мной.
Возле самой воды можно было пройти-пролезть без проблем по камням и выступам. Стоял прекрасный солнечный день, волны отбрасывали весёлые блики, настроение у меня поднялось до высшей отметки. На многих камнях виднелись свежие и окаменелые ракушки, отпечатки. Я набрала трофеев, донельзя радуясь. Обогнув скалы полукругом вдоль воды, вышла на другую сторону мыса и зашагала по песку к стоянке, как вдруг услышала папин окрик сверху, со скал.
- Маша!
Вздрогнув от неожиданности, поднимаю голову.
- Маша!!! - отчаянно кричит мама, падает на колени и начинает рыдать...
Часто папа, когда сильно пугается, кажется злым.
- Иди давай сюда, мать успокаивай, у неё день рожденья, а она рыдает, - прокричал он и, когда я поднялась, ушёл к стоянке.
Ну, а я что? Всё это явилось для меня полной неожиданностью. Я обескураженно, с жалостью обнимала маму, в недоумении объясняла: "да там вдоль воды пройти, как по дорожке, только в одном месте трудность", слышала в ответ "Маш, ну мы-то этого не знаем..."
Собирались ехать, хватились меня, тогда Захар дал показания по делу. Забрались на скалы, на ровную площадку-плато наверху, а папа обошёл скалы кругом. Не знаю уж, как мы смогли разминуться, скорее всего, он прошёл над моей головой, когда я была закрыта сверху каким-нибудь выступом. А из-за волн и какой-то скальной акустики не услышала, как меня звали.
Папа вернулся и сказал, что не нашёл меня. Можете представить, что это был за ужас. То есть, дочь пропала, по мысу на берег не уходила, на скалах нет. И те волны, которые для меня плескались и отражали солнце, для мамы зловеще разбивались о скалы. Завораживающая зеленоватая глубина, подводные острые камни, скрытое дно стали моей могилой.
Мама была уверена, что я уже с Богом и мне хорошо, но она представляла, как я тонула, звала на помощь, и никто не пришёл, как её дочери было страшно.
И тут мама увидела меня, бредущую тихонько по берегу...
По её словам, когда мы тронулись со стоянки дальше в путь, этот кошмарный день рожденья стал самым счастливым.