9а – Военка. Сборы
И вот … двух месячные военные сборы в какой-то части в азербайджанском Сал-оглы. Сал-оглы, это пустыня, ну почти пустыня, три палатки на 40 человек каждая, так как было три взвода. Палатки были установлены прямо на песке, воды не было, по утрам во флягу набирался "чай", который надо было растягивать до обеда, а жара за 30 градусов. Первый месяц у начальника сборов был летчик, полковник Глазков, которого мы раньше не знали, но оказался мужиком что надо, и нас не прижимал, и мы его не подводили. Этот был месяц щадящих занятий, постоянных розыгрышей и даже небольших пьянок. Женатики, как я, в субботу утром, тихонько сматывались на ЖД станцию и попутными товарняками добирались до Тбилиси, а вовремя перекличек 120 человек прокрикивали отсутствующих, и все было с этим в прядке, главное в понедельник, ровно в девять быть как штык на месте. Начальство это знало, но делало вид, что не замечало,ну что поделать — семья.
Не далеко была пожарка и мы со Шнейдером, который постоянно получал замечания за небритое лицо, хотя брился ежедневно, просто щетина была такая черная и густая, что создавалось впечатление небритости (Лев Шнейдер, сегодня один из руководителей энергетики Израиля), решили постирать просоленные от пота робы в пожарной пене. После чего ХБ стало почти белого цвета, видимо в состав пены входила щелочь, и роба напоминала, не то зимнее спальное белье, не то парадную морскую форму, а в панамы, ну хоть перья вставляй! На построении, полковник Глазков сначала слегка опешил, потом заставил выйти из строя в перед и минут пятнадцать хохотали все, так весь месяц в белых робах мы и проходили как альбиносы. Потом срочники уехали на учения, и стоять на посту стало почти некому, и тогда решили использовать "студентов". Кому пришла эта идея не знаю, но представьте, что ничего не смысливших в воинской службе бывших студентов вооружили автоматами и отправили заступать на посты?!
На территории части стоять на посту еще ничего, а вот — авто парк (КТП), находился на расстоянии километра от части и были проблемы с местными, так как недавно часовой застрелил чью-то корову, которая, ночью, не захотела остановится на окрик постового и осветить лицо, а при выстреле в воздух, рвануло с перепугу на часового, ну тут он "нарушителя" и пристрелил. Все по закону, выдали хозяевам коровы стоимость мяса по цене хвостов, а бдительного солдата наградили десятидневным дневным отпуском домой. По возвращении, беднягу, хозяин коровы, когда он снова охранял КТП — застрелил. Поэтому этот пост был самый "опасный».
Разделили нас на команды по три человека, одна смена 2 часа стояла в карауле, другая спала, а третья — бодрствовала. Телевизор в части принимал все три республики и в дни футбола, свободные от всего, наблюдали три футбола одновременно. Когда начались футболы, я был в бодрствующей смене, ну всмысле ничего не делал и как многие пошел то же смотреть футбол прямо с сумкой для рожков и автоматом. Когда смотрели уже второй тайм, по части стали носиться срочники, с криками, что кто-то сбежал из части с оружием и боезапасом. Я очень удивился, кто бы это мог быть, а главное зачем. Сначала стали шестом прощупывать отхожие места, потом с фонарями бегали вокруг части, но это было уже далеко и я досмотрев матч, поплелся в караулку, каково же было мое изумление, что сбежавшим оказался … я. Когда я бормотал, что был в десяти метрах, лейтенант Студенников, по кличке – "студент", теребя круглые очки кричал вы студенты меня до инфаркта доведете.
В караулке мы получили инструктаж: — при разводе караула подходя к посту, постовой требует остановиться, потом требует осветить лицо и скомандовать, мол разводящий ко мне, остальные на месте, произвести смену караула. Мне, выпал счастливый случай — пост на КТП, а до меня там заступил Кодрадзе. Подходим мы к КТП, там освещённая широкая из старых дубов аллея, а посредине вышка. Кодрадзе нигде не видно. Студенников начал нервничать, окрикнул постового по фамилии, ничего, осветил себе лицо — ноль. Тогда он приказал нам стоять, сам пошел по освещённой аллее, мы замерли, памятуя историю с коровой. И вдруг из-за толстенного дуба выскакивает Кодрадзе и, тыча автоматом в грудь лейтенанта, кричит:
– Фамилия?
Тут Студенников никак не ожидая такого вопроса, да еще с автоматом у груди, завопил:
– Студент я, студент.
– Проходи, – сказал Кодрадзе, – Я товарищ лейтенант ваше лицо не помнил, а фамилию знал, потому спрятался за деревом.
Лейтенанта била мелкая дрожь.
Ну они ушли, а я заступил на пост, залез на вышку и посередине лестницы
благополучно устроился поспать, но не тут то было, из части раздались выстрелы, сначала очередь, а потом одиночный. Вся часть ожила. Люди стали бегать, туда-сюда светя фонарями. Оказывается, придя в караулку и поставив автомат под 45 градусов к стене, Кодрадзе не сняв рожка и поставив переключатель на автомат, разрядил пол рожка в стену, а было это в два часа ночи. Студент с выпученными глазами выхватил у него автомат, вынул рожок, но забыв про патрон в стволе, опять нажал на курок, прогремел выстрел. В общем, ночь была веселя. Я за два часа дежурства выспаться не удалось.
Теперь немпного о Кодрадзе. Есть люди, которые не могут ходить строевым шагом, руки у них работают в "противофазе" К такитм относился и Кодрадзе. Он ходил как иноходец., ты хоть тресни. Когда ему ставили вперед — левую ногу и правую руку, то он не мог сдвинуться с места. В общем, и по этому поводу ржачки было вдоволь. "Служба шла без надрыва и весело, но все хорошее когда-нибудь заканчивается. На второй месяц начальником сборов к нам приехал уже майор…. Терцвадзе. Вот тебе бабушка и Юрьев день!
У нас проходил сбора студент Каладзе, который знал Терцвадзе, "лютовавшего" годом раньше на аналогичных сборах в Бенагады — под Баку. Тогда, студенты в знак протеста на плацу не гашеной известью написали большими буквам – "Терцвадзе пуй", Кока за это пострадал за всех, так как у него папа был генерал и единственный кого могли бы отмазать. Ему пришлось проходить сборы еще раз. Так вот от, Коки все это знали и соответственно точно такая надпись встречала майора уже на нашем плацу.
При построении, между строем и командованием сборов, красовалась белая четкая надпись размером букв примерно метр, очень точно характеризовавшая нового начальника сборов. Кто-то из офицеров как-то неестественно дергался, пытаясь сдержать смех, кто-то делал вид, что разглядывает небо, в надежде увидеть НЛО, а майор Колбасенко, вдруг заговорил по-грузински, давая понять, что по-русски читать забыл. Студенты вообще не реагировали. Воцарилась зловещая тишина. Зная, что про эту "шутку" мог рассказать нам только Каладзе, майор сверлил его взглядом, видимо, обдумывая как отреагировать.
Продолжение следует:
По морю памяти 1, 2, 3а, 3б, 4а, 4б, 5, 6, 7а, 7б, 8, 9а,
Ну, что подписываемся на канал и ставим лайк!
Гога Генацвалин (Юрий Якунин)