Я тогда был очень маленький. Мне было чуть больше пяти. Но я помню тот день, когда вся в слезах, пришла домой мать. Я тогда не знал, что у нас стряслась беда. Да и не мог я тогда понять взрослых проблем. Это я уже потом, из рассказов матери узнал, что, в их магазине была крупная недостача. И продавцов обязали выплатить все до копейки. Тем, у кого были родственники и семьи, было проще. Нам нет. Я жил с матерью один. Отец от нас в один из дней, просто ушел. Этот день отпечатался в моей памяти, как сюжет на кинопленке. Я тогда не понимал значение слов, но чувствовал эмоции. После очередной ссоры с матерью, отец снял с вешалки свою куртку и пошел к выходу. Я помню, как я отчаянно кричал и плакал во весь голос, цеплялся за его брюки. Но он, равнодушно взглянул на меня, оторвал от себя и толкнул в угол. Я упал и, продолжал плакать, я понимал, что сейчас происходит что-то очень важное, что изменит мою жизнь навсегда. У меня появился в горле ком, и я плакал, беззвучно открывая рот. Я стоял на коленях и тянул к нему руки. Но он, не взглянув на меня, захлопнул за собой дверь.
Я помню, как пропали со стола конфеты. Пропали супы и каша, фрукты. Я помню, как мать продавала все, что только можно. Мебель, посуду, одежду. Все что можно было продать. С ее пальца исчезло обручальное кольцо, на пальце осталась лишь белая полоска.
Дома был только хлеб и немного сахара. Это продолжалось довольно долго. Я ел с мамой хлеб, и мы пили воду с сахаром вместо чая. Часто вечерами я сидел на коленях у матери, она мне читала, какую ни будь книжку. Потом я шел спать. А она сидела у окна, и чтобы не разбудить меня, тихо плакала. А рано утром уходила на работу.
Очень часто я оставался дома один, я помню эти долгие, словно годами тянущиеся дни. Я очень боялся, что в один из таких дней, мать не придет домой, и я останусь совсем один. И еще, я помню постоянное чувство голода. Мне, постоянно хотелось кушать, еда мне даже снилась ночью. Я просыпался и понимал, что конфета, которую я ел, это всего лишь сон. Иногда, когда мать была на работе, заходила соседская девчонка, и угощала меня чем ни будь. И так же, сидела рядом, как и мать, и гладила меня по голове. Я ел ее угощение и почему-то плакал.
Через какое-то время, мы с матерью, переехали в другой город, в другую республику. Жизнь изменилась, я пошел в школу, мать на завод. Прошли годы. Я повзрослел, отслужил в армии, женился. Но все равно, я часто вспоминаю тот серый хлеб и воду с сахаром. И еще, плачущую мать у окна. И ту соседскую девчонку, что из жалости меня подкармливала. Время постепенно стерло из памяти черты ее лица. Но я хорошо помню вкус хлеба и сахара. Память многое спрятала от меня, но эти моменты, я никогда не забывал. Да и вряд ли уже забуду. И всегда, беря в руки хлеб, я чувствую тепло рук тех, кто его испек для нас.