Этот короткий текст не о кулинарии. Он скорее о другом.
Моя мама — сирота. Она малюсенького роста и очень добрая. Не святая, но около того. Такую боишься чем-то обидеть. А мне повезло: полная семья и полный дом. Так я стал маменькиным сынком, просто помалкивал, если что не так.
Когда я учился в старших классах, какая-то из подруг дала маме новый рецепт — манник. Готовился он сравнительно просто, и самое главное для нашего городка с обычным советским "не московским" снабжением конца 80-х, из самого тривиального продукта — манной крупы.
Толи крупа была не та, толи у меня какие-то дефекты во вкусовом восприятии, но при поедании того первого манника появлялось ощущение, что песок на зубах скрипит. Не сильно, но довольно таки противно, как будто ум кто-то в голове встряхивает. Бесплатное микро-сотрясение мозга за обеденным столом.)
Терпеть вполне можно, но лучше сократить мучения: поэтому я старался съесть манник максимально быстро. Маме же не скажешь, она расстроится. Тем более на фоне рассказов: как маме после войны приходилось иногда есть извёстку с печи в деревне. Всё-таки манник, это не извёстка, можно потерпеть.
Как только очередной манник бывал уничтожен, через день-два появлялся его брат, мой новый скрипучий враг. И опять по-суворовски я старался его уничтожить как можно скорее: буря и натиск. Опять победа в бою, но эту войну мне было не выиграть: мой живот бессилен победить запасы манной крупы Советского Союза. Мучился годика три.
Потом пришёл срок поступать в институт, что и было проделано. Новоявленный студент переехал в другой город на очное, и манники стали случаться реже. Приезжал навестить родителей, набрать картошки и т.п. в общагу. Манники и тут — «возьми в дорожку» — преследовали меня, но стало много проще. Студенты — народ голодный, соседям по комнате совсем не скрипело на зубах, а я был рад не воевать лишний раз за обедом. Пищевых приключений и так хватало в студенческих столовках.
Жизнь шла дальше. Было ещё много манников от разных хозяек и по разным рецептам. Они фактически не скрипели на зубах, но организм привык внутренне напрягаться при одном упоминании слова "манник". Как говорят учёные, произошёл импритинг — завпечатление: первичный образ маминого манника впечатался в мозг, и его скрип "перебивал" вкусовые ощущения всех остальных. Любой манник одним своим видом уже скрипел в душе, царапался как кошка, даже не добравшись до рта. В общем, маленькая нелюбовь. Бывает.
Прошло лет 30. Как-то я приехал к маме в гости, и разговор сам собою вернулся к 80-90м. У некоторых людей есть способность помнить только хорошее, и нашей семье мать-природа сделала такой подарок, повезло. Мы много смеялись. Тут мама предлагает:
— Что вкусненького тебе приготовить, сынок? Может, манник?
В моих глазах промелькнуло мимолётное ужасное виденье "манник, скрипучий на зубах", и мама это заметила. Сколько книжек про разведчиков прочёл, сколько раз Штирлица смотрел, а мама до сих пор «читает» меня лучше всех.) Пришлось рассказать... Мы долго смеялись.
Оказывается, мама думала так: "О как сын быстро ест манник, наверное, он ему нравится, дай ка порадую — приготовлю ещё..." Оказывается, можно было сказать несколько слов и не мучиться столько лет. Ну не дурик ли я?)))
Ещё история с юмором — как моя родственница зря подумала, что состарилась, но правда открылась быстрее, и тоже смешно получилось.