Его роман "Как закалялась сталь" стал манифестом героизму и юности. Его экранизировали трижды, причем первый раз - в самый разгар Великой Отечественной войны. Оказалось, что именно эта история нужна разодранной войной стране не меньше, чем танки и самолеты.
Сегодня все изменилось. Роман уже не проходят в школе: чиновники посчитали его морально устаревшим. Но так ли это? Ведь даже в нем, нарочито героичном, местами слишком пафосном, местами чересчур наивном много того, что актуально всегда. Во все времена.
В объятьях взбаламученной России
Ему довелось жить в страшное время. Первая мировая война, затем гражданская - Николай Островский был участником обеих. Он видел, как бились красные и белые, и сам, несмотря на то, что гражданская война уничтожила его семью, яростно поддержал большевиков.
В их ряды он вошел простым рабочим, опустив происхождение из семьи отставного унтер-офицера. Зная и цитируя наизусть Библию, стал убежденным атеистом.
Если бы Бог был, утверждал Николай Островский, он не допустил бы тех кровопролитных событий, которые перемололи Россию в начале XX века.
В 16 лет он получил тяжелое ранение, был демобилизован и проходил лечение в киевском госпитале. На этом его участие в гражданской войне в официальной биографии заканчивается.
В ней не упомянули, что 2 месяца Николай Островский просидел в тюрьме, осужденный революционным трибуналом за отказ расстреливать приговоренных к казни. Его самого спасло "малолетство" - над юнцом сжалились и отпустили.
"Не имел права так относиться к своему здоровью"
Слепота и полный паралич - болезнь, добивавшая Николая Островского день за днем, не развилась внезапно. Она возникла в результате "спартанства", о котором в раскаянии рассуждал прикованный к кровати писатель.
В 16 лет, уже после полученного ранения, он работал на строительстве железнодорожной ветки под Киевом. Там сильно простудился, потом заболел тифом. В том же году несколько часов простоял в ледяной воде во время лесоплава, что стало причиной развития тяжелого полиартрита.
В 18 лет здоровье юноши оказалось подорванным настолько, что ему присвоили инвалидность. В ответ на диагноз врачей, которые предупредили о грядущем параличе, Николай Островский решил застрелиться. Пуля повредила легкое, но он остался жив.
Полный паралич разбил его в 23 года. 9 лет жизни он провел прикованным к постели.
"Я только теперь стал понимать, что не имел никакого права так относиться к собственному здоровью, - говорил он. - Оказалось, что в этом нет никакой героики".
"Умей жить и тогда, когда жизнь становится невыносимой"
Он писал роман, ставший отражением его собственной жизни. Каждое слово в нем прочувствовано, пережито автором. Он говорил о том, что жизнь - есть самое дорогое у человека. И прожить ее нужно так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы...
Как можно жить, не владея собственным телом, погруженным в беспросветную тьму, и при этом не бесцельно? Пока двигались руки, он смастерил трафарет, позволявший ему, слепому, писать первые главы романа. Когда руки отказали полностью, просил соседку по коммунальной квартире писать под диктовку. Всего в архивах находятся рукописи романа, записанные 19-ю разными почерками. Ему помогали жена, друзья, соседи по коммуналке...
Как и в романе, первые его главы были утеряны при пересылке. Это едва не сломило Николая Островского, который вновь хотел наложить на себя руки. Его спасли друзья, которые помогали ему до последних дней.
"Биться в одиночку - жизни не перевернуть", - говорил его герой Павка Корчагин. Так считал и сам Островский, который, к счастью, одиноким не был .
Разгромная рецензия
Реакция издательств на роман "Как закалялась сталь" оказалась вовсе не такой, какой ожидал автор. Его обвинили в шаблонности, "натянутости" образов героев и в публикации отказали. Издательство "Молодая гвардия" Островский взял едва ли не измором. Редакторы решили опубликовать роман, но с целым рядом правок.
Из-за этого слог произведения получился таким неоднородным. А через несколько десятков лет, уже после развала Союза, этот факт позволил "критикам" говорить о том, что вовсе не Островский, а целая редакция "Молодой гвардии" писала "Как закалялась сталь".
В 1932 году первую часть романа опубликовали. Через 2 года опубликовали вторую, что ничего не изменило в жизни Николая Островского. Он оставался никому не известным и не слишком талантливым (по мнению редакторов) писателем. Так продолжалось до 1935 года, когда с ним встретился знаменитый советский журналист Михаил Кольцов.
Тот пришел, чтобы своими глазами увидеть, как может человек, парализованный и слепой, абсолютно молодой и "не видевший жизни" писать о том, чего иные не постигают до глубокой старости. Он увидел его и проникся его судьбой, а потом в газете "Правда" вышел очерк под названием "Мужество".
Именно тогда о нем узнала большая страна, а за его книгой выстроились очереди. Его роман издавали и переиздавали, всего 750 раз! Его перевели на 75 языков, больше, чем произведения русских классиков.
Общественный резонанс, вызванный публикацией очерка об Островском, помог ему получить достойную пенсию и гонорары за публикацию романа. По личному поручению Сталина писателю за несколько месяцев до смерти дали трехкомнатную квартиру.
В существование Островского не верили за рубежом
Он умер в возрасте 32 лет, и последние месяцы его жизни, по признанию самого Островского, были самыми счастливыми. К нему потянулись делегации рабочих, общественных деятелей, писателей. С осторожностью к нему приезжали зарубежные журналисты. Английские приехали, чтобы убедиться в существовании Островского - в феномен писателя не верили за рубежом.
Одним из последних с ним встречался классик французской литературы Андре Жид, позже удостоенный Нобелевской премии. После этой встречи он сказал: "Если бы мы не были в Союзе, я бы сказал, что он святой. Я не могу говорить об Островском без чувства глубочайшего уважения".