Еще в школе очень боялся оставаться один после контрольной. Чувство, когда все уже справились с заданием, а учительница говорит: «Кто написал, сдаем работы, можете быть свободны». Каждый проходящий мимо, кладущий листок на ее стол, будто смеялся надо мной. В начальных классах было обидно до слез. Это ощущение беспомощности навещает меня до сих пор.
Ежедневный ритуал с поиском нужного черновика или создания нового. Считаю это вершиной своего аутизма. Писать «покуда есть силы». Морщиться от использования таких афоризмов как – «покуда есть силы». Ужасно шаблонно. Интересно вот, «покуда» они у меня. Посюда или вот посюда. В любом случае то, что ниже пояса меня уже не интересует.
Люди вокруг бегут к своим целям.
Составляют карты желаний, клеят на ноутбуки стикеры со списком дел. А мне не удается записать в заметки только что придуманный текст. Он моментально вылетает из головы. Начинается паника, подобно той, о которой я писал в начале. Только вот ни учительницы, ни одноклассников нет.
Бесконечный шаблон на 2200 символов. Жизнь делится на этапы. Происходит это бессознательно. Разобрать событийный ряд одного дня? Зачем? Он мало отличается от сотни предыдущих. Этап заканчивается после выезда из условной Твери. Когда зла немерено, а на сердце тяжкий груз. А через добро можно прорваться? Нет.
Добро кардинально ничего не меняет.
У добра в отличии от зла другая задача – держать наплаву. Конфликт добра и зла внутри меня невозможен. Они находятся в разных частях головного офиса, изредка встречаются возле ксерокса воспоминаний и неприятно переглядываются. На совещаниях сидят по разные стороны стола. В компании занимаются полярными друг другу проектами.
И если Кафка вдруг подойдет ко мне, спросит: «Слышь ты, жук, когда анонс нового поста?». Я медленно повернусь на своем красном стуле, посмотрю на него, скажу: «Этот стул я забрал со своей бывшей работы. А ту полку видишь? Тоже забрал. Поэтому, если еще раз отвлечешь меня, я заберу у тебя самое главное – твое бессознательное».
Сколько можно вас спрашивать и не получать ответа?
