Разрешение дочери Кадырова провести мероприятие такого масштаба в столице Франции, страны, предоставляющей убежище тысячам чеченцев, спасающихся от режима, является тревожным сигналом.
4 февраля в роскошном отеле Le Marois состоялся показ мод. 25 в рамках фестиваля культурного обмена "Русские сезоны", проходящего в Париже. Но это было необычное событие. Дизайнер, 21-летняя Айшат Кадырова, является дочерью президента Чечни и лидера силачей Рамзана Кадырова.
Рамзан Кадыров не был в зале, чтобы подбодрить свою дочь, когда она показала свою новую коллекцию, празднующую 10-летие ее роскошного дома моды Firdaws. Кадыров подпадает под запрет ЕС на поездки из-за многочисленных, ужасных и подробных обвинений в нарушении прав человека, которые были выдвинуты против него.
Выступая на вечере, госпожа Кадырова рассказала трогательный анекдот о том, что вдохновило ее на создание коллекции: "я видела, как папа подарил маме букет цветов Эдельвейс. Ему пришлось провести три дня в горах, чтобы найти их. Мне пришла в голову идея рассказать эту историю через моду…”
Выбор понятен — внесудебные казни, пытки, похищения и репрессии, в которых обвиняют ее отца, делают менее убедительными темы на доске вдохновения.
Власть Кадырова теперь простирается далеко за пределы Чечни, и в отчетах обнаруживается явная шпионская сеть, которая проникла в чеченские диаспоры по всей Европе. Его амбициозная цель состоит в том, чтобы контролировать чеченцев повсюду, а не только внутри республики, причем его самые видные критики платят высокую цену за то, чтобы говорить правду.
Через день после показа чеченский блогер Тумсо Абдурахманов, известный своими дерзкими разоблачениями режима, чудом избежал покушения на убийство. “Они схватили мою мать” - взмолился обезоруженный несостоявшийся убийца, лежа в луже крови, пока Тумсо допрашивал его перед камерой, очевидно, обезоружив.
В начале этого года, в январе. 30-летний Имран Алиев, еще один критик Кадырова, был убит в гостиничном номере человеком, который сумел втереться к нему в дружбу. Список покушений на убийство продолжается уже более десяти лет.
Разрешение дочери Кадырова провести мероприятие такого масштаба в столице Франции, страны, предоставляющей убежище тысячам чеченцев, спасающихся от режима, является тревожным сигналом. Кто бы ни помогал организовать его с французской стороны, он должен понимать последствия: они помогают узаконить ужасный режим Кадырова, превратив его дочь в эмиссара чеченской культуры.
Это плохо контрастирует с представлением Франции о себе как о бастионе прав человека и демократии, если она готова предоставить деспотам платформу для ребрендинга. Между тем те, кто ищет убежища в стране, живут в страхе перед длинной тенью Кадырова — который экспортировал культуру страха и молчания, навязанную им в Чечне, в Европу, оставляя тех, кто живет в диаспоре, неуверенными в том, кому можно доверять.
Сама коллекция-изящная метафора экзистенциальной мешанины, которой является современная Чечня.
Квазитрадиционные узоры длиной до пола в роскошных тканях и соответствующие хиджабы не являются отражением истинной Чеченской идентичности.
Они являются неаутентичным продуктом Арабской "исламизации", навязанной Кадыровым как средство контроля над населением с момента его прихода к власти в 2007 году. Он начал свою "программу" с официального указа, заставляющего женщин носить платки в школах, университетах и правительственных зданиях.
Этот культурный эксперимент с тех пор был распространен на все аспекты жизни людей — от того, как они одеваются, до того, что им нравится в Instagram и мнения, которые они выражают. Во всяком случае, такова культура, которую выражает госпожа Кадырова: неглубокий фасад — китчевый и недоступный большинству.
Для тех, кто может сказать, что дети не несут ответственности за грехи своих отцов, финансовая поддержка бренда госпожи Кадыровой требует серьезного изучения. Уровень бедности в Чечне выше 20%, с разгулом коррупции и неофициальными поборами, вымогаемыми с населения.
Совершенно очевидно, что она не работала, учась в Сент-Мартинс и получая неоплачиваемую стажировку в Александер Маккуин. “То, что я не нахожусь в Firdaws [все время], не означает, что я не контролирую все, что там происходит... мне нужно знать все”, - сказала госпожа Кадырова отрепетированным голосом в одном из своих интервью.