У меня есть традиция - в начале весны на несколько дней я езжу отдыхать в местный пансионат. Там проходит фестиваль бардовской песни. Культурная программа отличная – концерты, конкурсы. И кормят хорошо.
Как-то за завтраком за мой столик в ресторане присела семья. Две женщины – по виду мать и дочь и пацаненок лет пяти – их сын-внук. В ресторанчике питание организовано по принципу шведского стола, поэтому мои соседи натаскали себе кучу всякой еды – хватило бы на пятерых мужиков. Мальчонка сразу проявил интерес к выпечке и цапнул крендель. За что получил резкий окрик. Он пожал плечами и переключился на жареную рыбу. Опять окрик. Что не так? Пацан шмыгнул носом и пододвинул тарелку с салатом. Снова не так – глаза обеих дам сверкали недовольством.
- Ты опять? – прошипела на него мама. – Ты все забыл?
Тут и мне стало интересно, что происходит. Может быть, в этой семье принято молиться перед едой. Или мальчик должен выпить лекарство. Всякое бывает.
- Мам, я это… - пацан покраснел и сжался.
- Ты сначала должен был предложить покушать нам с мамой, а потом есть сам! – назидательно произнесла женщина постарше.
О как! Интересный поворот. Это значит, в заведении общепита он их должен обслуживать вместо официанта что ли?
С полминуты мальчик молчал и смотрел вниз. Затем еле разлепил губы и прошептал.
- Приятного аппетита…
- Ну? – хором насели женщины. – А дальше? Сколько можно учить тебя?
Мальчик зашмыгал носом и отвернулся. Полагаю, что к еде он и не притронулся.
Я так и не поняла, что должен был сделать мальчик. Манерно накинуть на руку полотенце и произнести: «Кушать подано»!? Или как в самолете: «Вам рыбу или курицу»? Или: «Вам какой кусочек положить»?
Осталось ощущение абсурдности увиденного. Молодые женщины, а откуда в них эта совковая псевдоинтеллигентность что ли? Причем показная.
Хм, а ведь в моей жизни были подобные ситуации.
В 90-е все почти жили бедно. В том числе и наша маленькая семья – я и мама.
Но изредка мы покупали деликатесный сыр с плесенью. Мама его очень любила. Не раз рассказывала, что когда ездила на учебу в Москву, то обязательно покупала в «Елисеевском» и съедала по дороге.
Но у нас были уже 90-е. До санкций было еще далеко, так что сыр был хороший, импортный. Но дорогой. Поэтому и брали его по 100-150 граммов. Если на стол попадал кусочек какого-нибудь Камамбера, Рокфора или ДорБлю, то вкушали сие лакомство торжественно, медленно смакуя каждую крошку. Ибо пища эта благородная, не на каждый день. Мне этот деликатес тоже нравился.
Однажды после лекций я увлеклась и по крошке, по крупинке съела весь треугольный кусочек. Мама обнаружила исчезновение сыра не сразу.
- Ты все сожрала! Одна. И даже мне не предложила.
Мама плакала так, что я уже представляла себя преступницей. Или героем детского рассказа Льва Толстого про мальчика, съевшего сливу. Или жительницей блокадного Ленинграда с голодухи съевшей семейный месячный хлебный паек.
Я не понимала, что я сделала не так. Неужели тем, что несколько дней лежит в домашнем холодильнике и как бы по умолчанию твое, надо с кем-то делиться? Кому-то предлагать. Да и прямого запрета – «это не трогать» – не было.
Прошло несколько месяцев. И вот благородный продукт появился в холодильнике снова, причем купленный уже на мою стипендию. Я специально его не ела. Намекала маме, что мол, есть твое любимое лакомство, бери. Мама не ела.
Потом о сыре забыли, затолкали в недра холодильника, а когда обнаружили, то благородная плесень была уже какой-то неприглядной, а сам сыр засох. Пришлось его утилизировать, прямо как санкционные продукты сейчас.
А дурная привычка не трогать какие-то «особые продукты» закрепилась у меня надолго. Сейчас мне нередко приходится выбрасывать испорченную еду из холодильника. И не потому, что я такая богатая и зажралась. Или сижу на жесткой диете. Или затариваюсь впрок. Чаще всего испорченными оказываются именно дорогие продукты, которые я покупаю в очень небольших количествах. Вроде креветок или сыра с плесенью. Если не съела сразу, значит не съем никогда. Мне как будто стыдно есть это. Будто я ворую сама у себя. И за большим столом почему-то стараюсь взять кусок поменьше, хотя никто мне не ограничивает.
Так чего хотели от мальчика эти женщины? Чего хотела от меня мама? Заботы и внимания, которого им не хватало? Или у них была благородная цель воспитать вежливого и даже услужливого человека? Вот такие загадки.
Я не буду пока делать никаких выводов. Мне интересно послушать вас.
Кстати, мне с недавних пор стали нравиться люди, которые при разрезании торта сразу выкрикивают: «А мне вон с той белой розочкой»! Они-то четко усвоили урок: «В большой семье – не щелкай»!