Константин ДОНГУЗОВ,
профессор, заслуженный архитектор РБ
АЛЕКСАНДР ФЕДОРОВИЧ КОЗЛОВ
Директор института «Башкиргражданпроект» Совета Министров БАССР (1965–1984 гг.). Заслуженный архитектор РСФСР (1969 г.). Депутат Уфимского городского совета 10 созывов (около 25 лет). Член исполкома Уфимского городского совета. Член Уфимского городского комитета КПСС, избирался неоднократно. Член Правления Союза архитекторов Республики Башкортостан (1955–2000 гг.).
Участник Великой Отечественной войны, тяжело ранен.
Награжден грамотами Президиума Верховного Совета БАССР, орденом Отечественной войны первой степени, орденом Красной Звезды, орденом Трудового Красного Знамени, орденом «Знак Почета», почетными грамотами Союза архитекторов СССР и РСФСР.
24 апреля известному архитектору Александру Федоровичу Козлову исполнилось бы 90 лет.
Корни семьи Козловых – в Брянской области, в деревнях вблизи городов Новозыбково и Клинцы. Оттуда семьи обоих родителей вместе с другими переселенцами переехали на Дальний Восток по указу царя осваивать этот богатейший и малонаселенный русскими край Российской империи. Ехали очень сложно и тяжело – из Николаева через Босфор, по Средиземному морю, по Атлантике обогнув Африканский континент, дальше через мыс Доброй Надежды и Сингапур в Японское море, прибыв в конце пути в русский порт Ольга.
Павел Егорович, дед по отцовской линии, поселился в селе Бровничи Сучанского района. В этом необычном на русский слух названии, позже все-таки переименованном в Партизанский район Приморского края, – след реальных китайских географических наименований. Эти места, исторически заселенные корейцами и китайцами, после прибытия русских еще долго сохраняли свои названия и некоторый процент этих народов в общей массе населения края. Корейцы и китайцы жили по соседству, русские звали китайцев «ходя», а корейцев – «каваль». И те и другие ходили свободно через границу, приносили на коромысле товары, в лесу собирали женьшень, виноград и груши.
Гришуковы, семья по линии матери, жили в соседнем селе Новицкое. Когда родители – Федор Павлович и Агафья Пименовна – поженились, по обычаю молодые переехали в Бровничи в семью жениха. Там восьмым ребенком в семье родился Александр, там же он был крещен в православную веру. Всего же в семье было десять детей. Учились все до пятого класса в своей деревенской школе. Кругом был богатейший край с прекрасным климатом, в лесах водился промысловый зверь, река Сица кишела кетой, горбушей. Работая большой крестьянской семьей, жить можно было крепко. Тут грянула Великая революция, началась гражданская война и разруха.
В краю с почти тропическим климатом стали голодать, начала вводиться карточная система. В 1933 году семья переехала в Новосибирск, где было полегче с хлебом и не вводили карточки. Устроившись на работу, купили маленький одноэтажный домик с камышовой крышей. Он и стал семейным гнездом Козловых на новом месте. Через восемь лет студент-архитектор первого курса Александр нарисует его скромный облик и сохранит этот рисунок до сегодняшнего дня.
* * *
Дети продолжали учиться, и учились хорошо, в школе № 63 Кировского района города Новосибирска. В 1940 году Александр подает документы в школу Гражданско-воздушного флота. Комиссия ведет строгий отбор – здоровье, реакция и знания для летчика нужны были отличные. Молодого человека зачисляют и направляют в город Барабинск, что в трехстах километрах от Новосибирска. Там селят в казармы, выдают курсантскую форму и начинают преподавать с азов теорию полетов, конструкции самолетов и практику вождения. Учились в основном на бипланах. Александр окончил школу с отличием, хотя учеба была непростой. Многих отчисляли за неуспеваемость. К сожалению или к счастью, знания эти на практике применить не пришлось. Началась война. О нападении Германии узнали прямо из репродуктора на аэродроме.
Сначала всех направили в город Бердск под Новосибирском учиться на скоростные бомбардировщики. Прошли октябрь и ноябрь, немец подошел к Москве. Начались лихорадочные рывки, и из пилотов сформировали... лыжный батальон – 25-й отдельный истребительный. Дали белые маскхалаты, «Памятку бойцу-лыжнику» о размере лыжной обуви, которая «должна вмещать ногу, одетую в две пары портянок и обернутую между ними слоем газетной бумаги». Повезли через полстраны к линии фронта. Пока довезли, немцев уже от Москвы отогнали.
В небе над Ярославлем по ночам летали немецкие самолеты. Батальон повезли дальше в сторону озера Ильмень в Новгородской области. Ехали ночью. Остановились в лесу. Мороз дикий. Выгрузились, дальше – на лыжах к станции Крестцы. Оттуда по льду – на окружение 16-й немецкой армии. Немцев тогда окружили, но позже враг прорвал кольцо и, отступая, вышел к своим. В бою в день своего рождения, 24 апреля 1942 года, Александр Федорович был тяжело ранен в плечо, пуля раздробила сустав. Бойцы заночевали в землянке на передовой. К утру правая рука распухла так, что ее пришлось нести как полено. Выбрался из леса к дороге, где была медсанчасть, там первый раз сделали перевязку и отправили пешком в тыл.
Эвакуация пешком длилась неделю, шел вдоль дороги, разбивая лед, пил воду из луж. В какой-то деревне ночью зашел в избу и лег на пол, так как кругом были раненые. Ночью на плечо случайно наступил другой раненый боец, рана стала нестерпимо болеть и снова сильно кровоточить. Добираться надо обратно в Крестцы, там был железнодорожный тупик. Пробовал ехать на попутной – невозможно: трясет рану. Опять пошел пешком, видел, как «мессершмитты» «прострочили» эту машину, несколько человек из ее фургона погибли. Поездом вернулся обратно в Ярославль. Там на трамвае возили из госпиталя в госпиталь, затем отправили в глубокий тыл, в город Троицк на границе с Казахстаном. Прибыл туда 21 мая.
* * *
Спустя почти месяц с момента ранения началось лечение. Рану чистили, сделав разрез плечевого сустава без наркоза. Не заживало, чистили надкостницу. Затем сделали гипсовый лангет и 17 сентября, недолечив, выписали домой. Поток поступающих в госпиталь раненых продолжал увеличиваться, поэтому всех, кого только было можно, быстрее выписывали.
Вернулся домой в Новосибирск инвалидом второй группы. Рана стала заживать, но рука больше не поднималась, мог только писать. Написал два заявления – одно в Институт геодезии и картографии, другое в Сибирский инженерно-строительный институт имени Куйбышева. Пришел сначала в институт геодезии, но там был перерыв на обед, никого нет, Александр не стал ждать и отнес документы в СИБСТРИН. Экзамены были по рисунку, поступали в основном девушки. Фронтовика Козлова зачислили, учитывая хорошие оценки в аттестате.
Началась жизнь студента-архитектора – лекции, курсовые проекты, практика прорабами на стройках с пленными немцами и венграми-мадьярами. Среди преподавателей – крупнейшие сибирские архитекторы Крячков, Кузьмин, Масленников, Ощепков. Вспомнились архитектурные впечатления глубокого детства: оригинальный вокзал во Владивостоке, от которого ребенком не мог оторвать глаз. Во время учебы очень хорошо удавались и технические дисциплины. В этот период в Новосибирске находились в эвакуации такие вузы, как Московский инженерно-строительный, Ленинградский инженерно-строительный и Днепропетровский инженерно-строительный. С ними приехала крупная профессура, авторы учебников по конструкциям Стрелецкий, Страментов и другие. В Оперном театре разместилась знаменитая Третьяковка.
Темой дипломного проекта Александр Федорович выбрал промышленную архитектуру – Цементный завод, хотя в тот момент делалось очень много пышных проектов на гражданскую тематику. Ездил изучать производство в город Искитим на действующее предприятие, защитился на отлично. На распределении имел возможность выбирать, прочитал про Уфу в энциклопедии, поговорил с Ощепковым и выбрал этот город. Приехал рано утром, оставил вещи на вокзале. По трамвайным путям добрался до кольца на улице Ленина и пришел в «Башнефтепроект», размещавшийся тогда в Оперном театре (вход с улицы Пушкина).
Все руководство располагалось в одном кабинете – директор Евгений Харитонович Кундрюцкий и главный инженер Сергей Михайлович Праведников. Главным архитектором «Башнефтепроекта» была Виктория Эммануиловна Нудельман. Поселили вновь прибывшего в общежитии на улице Зенцова, четвертым в комнату на первом этаже. Через несколько месяцев народ разъехался, и на комнатку выдали ордер. Соседом в двух других комнатах жил директор Кундрюцкий. А через полгода директором стал Ованес Григорьевич Акопян.
В 1947 году молодой специалист познакомился со своей будущей женой – Алевтиной Петровной. Встретились на избирательном участке, так как оба были агитаторами. Алевтина Петровна работала в составе геологоразведочной партии на Шкаповском нефтяном месторождении. С тех пор прошло уже полвека, родились дети – Людмила и Григорий, пошли внуки. Всю жизнь вместе с тех самых трудных, но таких насыщенных лет.
* * *
Архитекторы работали все вместе в большом зале. Размещалось там пятнадцать человек. Стояли столы с рейсшинами, кульманы. В проектной работе пролетело три года. Затем начался административный рост. Сначала, минуя старшего архитектора, стал руководителем архитектурной группы, еще через два года – главным архитектором проектов. Затем через два года контора преобразовывается в институт, и Александра Федоровича назначают его главным архитектором вместо Виктории Нудельман, уехавшей в Москву. В этой должности он проработал одиннадцать лет, в том числе последние пять лет совмещал эту должность с должностью начальника строительного отдела института.
Работа архитектурного подразделения в «Башнефтепроекте» была направлена на обустройство крупных месторождений нефти в республике. Этим определяется и тематика архитектурных работ Александра Федоровича в тот период. Каждое новое открытие нефти требовало создания нового или развития существующего поселения для размещения нефтяников. Наиболее крупной работой стали генеральный план и проект детальной планировки промышленной зоны города Нефтекамска, спроектированные совместно с Валентином Георгиевичем Тадиашвили. Александр Федорович был также и в составе комиссии по выбору местоположения будущего города, насчитывающего сегодня 130 тысяч жителей. Сначала город хотели назвать Арлан, по названию близлежащей деревни (Арланское месторождение названо именно поэтому), но потом из-за перевода с башкирского («суслик») отказались, соединив в названии города нефть и Каму. Город имеет по генплану большой потенциал для развития, что подтверждается его темпами роста. На момент основания Нефтекамска в городе Октябрьском проживало 100 тысяч человек, а сейчас Нефтекамск уже обогнал его по численности.
К территории месторождения Большого Арлана примыкает и город Дюртюли. Этот исторический населенный пункт, с Дюртюлинской пристанью, на территории Башкортостана был важной перевалочной базой купцов по речному пути Белая – Кама – Волга. Но это был настолько маленький поселок, что ему был посвящен даже шуточный тост Ивана Ивановича Мироненко: «За один миллион жителей в Дюртюлях». Проект генерального плана города Дюртюли – другая работа Александра Федоровича Козлова этого периода.
Ранее в связи с открытием Шкаповского месторождения, в зону которого входят город Белебей, поселки Раевка и Приютово, Александром Федоровичем проектируется генеральный план поселка Приютово, достигшего сегодня численности в двадцать две тысячи человек. После утверждения генеральных планов по каждому населенному пункту сразу начиналось проектирование комплексной застройки с применением типовых проектов – клубов, жилых домов, центров бытового обслуживания.
А первым опытом стали объекты Туймазинского месторождения. Работа началась с выезда в командировку для выбора площадок под новые объекты в город Октябрьский, при подъезде к которому на фоне ночного неба уже горело огромное количество факелов попутного газа. Там у «Башнефтепроекта» была своя база, где жили изыскатели. Позже, когда институт во главе с Викторией Нудельман запроектировал генплан города Октябрьского, Александр Федорович совместно с Иваном Ивановичем Мироненко сделали там жилой дом с встроенным кинотеатром на проспекте Ленина, горком, тубдиспансер, горбольницу и ряд проектов застройки кварталов.
К этому же месторождению относился и поселок Серафимовский. Для него Александром Федоровичем были запроектированы генплан, автовокзал, жилье и соцкультбыт.
В период работы в «Башнефтепроекте» Александром Козловым совместно с Викторией Нудельман был спроектирован Дворец культуры в городе Ишимбае. Полностью самостоятельно был спроектирован Ночной туберкулезный санаторий там же. В Уфе совместно с Вингельминой Генриховной Кениг запроектирован Дворец имени 40-летия ВЛКСМ на улице Ульяновых. Вместе с В. Любарскими и М. Хомутовым спроектирован комплекс промышленных зданий на Советской площади в Уфе. Самостоятельно спроектирован жилой дом на улице Карла Маркса, совместно с Ольгой Семеновной Тадиашвили – гостиница «Девон» на улице Чернышевского. Совместно с Викторией Нудельман были спроектированы генплан и Дворец культуры поселка Бавлы.
* * *
Параллельно с ростом в институте началась и депутатская деятельность Александра Федоровича. Причем, войдя в строительную комиссию Уфимского горсовета, скоро он стал ее председателем, хотя в ее работе принимали участие крупные руководители строительных предприятий города. К Козлову относились с уважением, и это со временем стало основой выдвижения его на должность главного архитектора города. После соединения Уфы с Черниковском главным архитектором города стал Самий Гибатович Калимуллин, который проработал недолго. Инициатором назначения Александра Федоровича на должность главного архитектора был первый секретарь горкома Янгиров. Вызывал, требовал, Александр Федорович отказывался. Кандидатуру А. Козлова утвердили на бюро горкома. Затем приходит бумага за подписью председателя горсовета Толмачева. Пришлось идти за поддержкой к Кувыкину, в тот момент председателю Башсовнархоза, которого знал по работе раньше. Тот сказал: «Иди и спокойно работай где работаешь».
* * *
В 1964 году выходит постановление Совета Министров СССР за подписью Косыгина о реорганизации проектного дела, запрете отраслевым институтам типа «Башнефтепроекта» заниматься проектированием гражданских объектов и передаче этой тематики местным гражданпроектам. По всей стране проходят переименования местных проектных контор в институты – гражданпроекты – с соответствующей привязкой в названии. Причем делалось это формально, без обеспечения новой вывески кадрами, площадями и оргтехникой.
В Уфе контору «Башпроект» в этот момент возглавлял Павел Семенович Колосов, он сильно болел, план проектных работ предприятия не выполнялся. И ситуация начала созревать изнутри. Начальники мастерских пошли к первому заместителю Председателя Совета Министров БАССР с просьбой усилить руководство институтом. Там их спросили, какие есть предложения по кандидатуре директора, и они назвали А. Козлова. Александра Федоровича вызвали и предложили возглавить институт, обещали помогать, но он отказался. Тогда пригласили к первому секретарю обкома Нуриеву. А в этот момент Александр Федорович был еще беспартийным. Когда Козлов вошел, Нуриев встал из-за стола, подошел и, пожав руку, поздравил с назначением. В июне 1965 года Козлов издает первый приказ о своем назначении на должность директора института на основании постановления Совета Министров БАССР.
Принимая институтское хозяйство, находившееся тогда в убогом состоянии в дореволюционном здании на улице Ленина (ныне Президентский фонд жилья), новый директор обнаружил, что организация имеет самую низкую, третью, категорию оплаты труда, а в здании нет даже действующих туалетов. Чтобы поднять проектное производство, нужно было привлечь новые кадры, а для этого надо было добиться в Москве повышения категории оплаты. Пришлось ехать в столицу, заручившись в Уфе письмами Нуриева и Акназарова. Там нашел понимание и поддержку у Посохина и Баранова в Госгражданстрое, а затем у министра финансов РФ Фадеева и министра финансов СССР Гарбузова. К последнему попал только потому, что тот был депутатом Верховного Совета СССР от Башкирии. Гарбузов принял на несколько минут, стол в его кабинете был накрыт к приему председателя Госбанка какого-то африканского государства, наложил положительную резолюцию, и институт получил вторую категорию. Через два года таким же образом удалось получить первую категорию.
Второй проблемой, к которой прежнее руководство безуспешно пробовало подступиться, была постройка собственного здания института. Этот объект никого не интересовал, поэтому приходилось хлопотать самим. Но помогать – помогали. Получив финансирование от Совета Министров БАССР, выбрали и привязали типовой проект. Строил здание третий трест, и в декабре 1966 года, то есть спустя всего полтора года с момента вступления Александра Федоровича в должность директора, уже состоялось новоселье, а вторую очередь объекта ввели через пять лет.
Работая директором, Александр Федорович был и председателем Архитектурного совета своего института. Активно участвуя в его работе, курировал практически все строящиеся объекты, отвечая перед руководством республики за все, что делалось институтом. В это период в институте были разработаны следующие объекты: дворцы культуры химиков, завода «Синтезспирт», «Юбилейный», завода РТИ; здание Педуниверситета; Дом профсоюзов; Дом актера; Вычислительные центры статуправления и Госбанка; Центр научно-технической информации; Ленинский мемориал; ипподром «Акбузат»; универмаг «Уфа»; гостиница «Россия»; Училище искусств; больницы №№ 6, 21, 22 (скорой помощи), детская, кардиологическая, глазная; Кинотеатр «Искра»; здания Советского, Ленинского, Кировского, Калининского райкомов КПСС и ВЛКСМ; Северный автовокзал. А также жилые районы: Лесопарковый, Сипайлово, Старая Уфа, десятки микрорайонов; десятки техникумов, школ, детских учреждений; подземные переходы. Осуществлено благоустройство территорий, прилегающих к монументу Дружбы и памятнику Салавату Юлаеву.
Характеризуя деятельность Александра Федоровича в этот период, необходимо процитировать мнение Гильмана Фаткуловича Асадуллина, работавшего тогда управляющим трестом БНЗС: «Александра Федоровича Козлова знаю более тридцати лет как крупного архитектора и выдающегося организатора главного проектного института Республики Башкортостан. В шестидесятые-восьмидесятые годы XX века институт “Башкиргражданпроект” был центром высококвалифицированных специалистов по развитию Уфы и всех городов Башкортостана. Там создавались комплексные проекты всех микрорайонов города Уфы, строительство которых проводил коллектив треста. При строительстве и вводе в эксплуатацию таких крупных микрорайонов, как Сипайлово, Телецентр, Лесопарковый, отрабатывалось комплексное решение сложных инженерных вопросов по теплоснабжению, канализации и благоустройству. В решении всех этих трудных вопросов Александр Федорович принимал личное и активное участие. Особенно следует отметить плодотворную работу наших коллективов по внедрению сборки элементов для отделки фасадов, свайных фундаментов, в том числе впервые – свайных фундаментов без ростверка для домов КПД. По инициативе Александра Федоровича была создана специальная творческая группа из числа специалистов треста БНЗС и института “Башкиргражданпроект”. Совещания Александр Федорович проводил лично – регулярно, еженедельно. Это был крупный технологический прорыв в индустриализации строительных процессов. Совместными усилиями выстроили в Уфе несколько высотных домов в 12–16 этажей».
Большая работа была проделана Александром Федоровичем по привлечению архитектурных кадров в республику. Ходят легенды о том, сколько квартир он дал своим работникам. Сам Козлов припоминает около трехсот ордеров на жилье. Особенно примечательно, что за весь период не было ни одной жалобы на несправедливость его решений в этом вопросе. Чтобы обеспечить столько людей жильем в эпоху тотального дефицита, необходимо было договариваться с крупными заказчиками, ежегодно обращаться с просьбами к руководству обкома партии о выделении квартир для института. Имея такие аргументы, Александр Федорович начал давать объявления в общесоюзную «Строительную газету» о приглашении специалистов на работу в Башкирию. И народ поехал, поехали выпускники вузов из других регионов. За время работы Александра Федоровича численность работающих выросла с трехсот до восьмисот человек. Многие ныне известные архитекторы при Козлове выросли из молодых и начинающих в маститые и авторитетные. Долгие годы надежной правой рукой директора в решении многих технических проблем был главный инженер института Рауф Якиевич Арасланов.
* * *
За девятнадцать лет своего руководства Александр Федорович фактически создал «Башкиргражданпроект». При нем институт стал одной из лучших проектных организаций в системе Госстроя РСФСР. Институт награждался Почетной грамотой Президиума Верховного Совета РСФСР, многократно поощрялся Госстроем РСФСР, руководством Башкирской АССР и города Уфы, заносился на республиканскую Доску почета.
Сорок пять лет, с 1955 по 2000 год, Александр Федорович проработал в Правлении Союза архитекторов Республики Башкортостан. Это абсолютный рекорд нашей республики, достойный, возможно, Книги рекордов Гиннесса. Менялись председатели, главные архитекторы республики и городов. Неоклассика сменилась хрущевками, хрущевки уступили место стилю Миса и неопластицизму, затем пришли постмодернизм и новорусская архитектурная эклектика, за ними минимализм и неоконструктивизм – все это время Александр Федорович работал, оставаясь бессменным заместителем председателя Союза и объединяя разные поколения архитекторов. Сегодня, отмечая 90-летие со дня рождения, хочется увековечить его память не только установкой памятной доски на здании института, который он возглавлял много лет, но и присвоением его имени институту и одной из улиц нашего города, для процветания которого он столько сделал.