Под звуки кифары
часть 3
Стараясь не шуметь, Аминта всё же освободила одну руку и чуть-чуть приподнялась. Циклоп был лаконийским гоплитом. Тяжеловооруженный воин пехоты. Его измятый нагрудный доспех лежал у стены, а рядом, тускло отражая всполохи огня, огромный круглый щит – гоплон, с нанесёнными полустёртыми лаконскими символами. Рядом валялся разрубленный шлем, и вмятина своей формой напоминала шрам на голове циклопа. Смеялись боги. Люди спасались бегством от беспощадных спартанцев. И всё равно те, кого не забрала буря попали в лапы безумного врага.
Циклоп тем временем перестал рубить и, тяжело дыша, стоял у валуна, посматривая на пленников. У Аминты волосы зашевелились на голове. Кого сейчас гигант потащит к страшному жертвеннику. И вдруг раздался вой. Страшный, леденящий и протяжный. Вой доносился снаружи, из-за натянутой зыбкой парусины. Он перекрывал собой шум бури. Циклоп затрясся и застонал.
- Молчит… молчит… молчит, – забормотал он.
Лакониец бросил веток в огонь, и его тень вновь выросла до потолка. Затем он взял свой щит и сгрёб в него нарубленное мясо. Аминта представила, что он сейчас станет пировать и ей стало плохо. Но циклоп поднял свою жуткую ношу и, тяжело ступая, побрёл к выходу. Через откинутую парусину потянуло холодом, полетела водяная пыль. Спартанец шагнул наружу и бушующая ночь, словно, поглотила его. Ветер рвал парусину. А молнии высвечивали изогнутые тени деревьев, при каждой вспышке вползающие в пещеру.
- Кто ещё жив? – послышался голос торговца Вергилия.
- Я, - отозвалась Аминта. – Лакониец связал меня.
- Аминта, ты жива! Хвала богам! – услышала девочка возглас папы Тантала и слёзы навернулись у неё на глаза. – Кто ещё рядом с тобой? Протокл, Афобий?
- Нет, никого нет, – тихо ответила Аминта. Хоть она и не любила этих заносчивых мальчишек, а всё же их было жаль. Хотя, если посмотреть, куда попали выжившие, может это и к лучшему.
- Всего трое, – еле слышно проговорил Тантал.
Чуть дальше в темноте переговаривались ещё люди. Торговец и ещё четверо.
- Надо освободиться. Слышите? Пока не вернулся этот спартанец.
- Я уже развязал руки, сейчас помогу, – слышалась возня в темноте.
Аминта тоже ерзала по камням, пытаясь ослабить верёвки, но у неё ничего не получалось. К ней в темноте подкрался папа Тантал.
- Я сейчас, Аминта, сейчас, – он трясущимися руками дергал узлы на верёвке.
- А близнецы, папа, ты их отвязал?
Тантал всхлипнул.
- У меня не получается без ножа. Я не могу… не могу потерять ещё и вас.
У девочки слёзы навернулись на глаза. Ей себя было не так жалко, как своего воспитателя.
Сквозь бурю вновь раздался вой.
- Что это за порождение Аида рвёт глотку, - сказал кто-то из темноты.
- Надо бежать, пока этот безумец не вернулся.
- А как же дети? Помогите развязать их, – рыдал Тантал, терзая верёвку.
- Не выходит, – послышался голос с той стороны, где скулили от страха близнецы.
- Прости, Тантал, я взял тебя на корабль, чтобы ты спас детей. У меня теперь нет корабля, – тихо прошептал Вергилий. - Сейчас он вернётся, и мы погибнем все… спасайся сам, Тантал.
- Я не могу… что ты такое говоришь?
- Как знаешь. Но если сейчас уйдём, переждём бурю, а уж при свете дня что-нибудь решим. Мы спасём их, слышишь.
- Надо наброситься на него в темноте, - нерешительно проговорил Тантал.
- Он воин. Ты видел, какой он огромный. А кто из вас оружие в руках держать сможет? Хватит, уходим.
Зевс опалил землю молнией, и на полу пещеры расползлась тень циклопа. Все притихли. Гигант шагнул внутрь, тяжело сопя и прихрамывая. Щита в руках у него не было. Весь боевой запал пленников, как бурей сдуло. Папа Тантал затих, вжимаясь в землю. Аминта с ужасом смотрела на циклопа. Он, пошатываясь, добрёл до валуна и сел. В его мокрой бороде запутался кусочек мяса.
Вновь грянул гром и лакониец вздрогнул. Он что-то невнятно забормотал и начал сползать на землю. Циклоп сжался в комок и обхватил голову руками.
- Бежим, – послышался шёпот, и папа Тантал зашевелился. – Бежим.
В темноте у стен заметались тени. Люди стараясь не шуметь пробирались к выходу.
- Прости, – шепнул папа Тантал.- Аминта, пойми, я должен идти. Я вернусь за вами. Я обязательно вернусь.
И Тантал, пригибаясь к земле, нырнул в темноту. Сердце у Аминты защемило. Она не хотела оставаться. Папа обещал вернуться, но что он сможет сделать с этим чудовищем? Рядом захныкали близнецы и циклоп вздрогнул. Он вновь поднялся во весь свой рост.
- Бежим! – уже не скрываясь, закричали люди, и тёмные силуэты бросились к натянутой парусине.
Одного за другим их глотала тьма, выдыхая в пещеру дождевую пыль. Один из беглецов вскрикнул и упал, держась за ногу.
- Не бросайте меня, – застонал он, пытаясь ползти.
Аминта посмотрела на циклопа. Догорающий костёр играл тенями на его изуродованном лице. И оно сейчас не было страшным. Нет. Уставшим и растерянным.
- Глупцы, – еле слышно проговорил циклоп. – Они убьют вас…. Бурекрылые убьют вас.
Сквозь порывы ветра разлился протяжный вой и Аминта зажмурилась.
* * *
Буря уходила. Громовые раскаты звучали всё тише. Только ужасный вой сквозь порывы ветра врывался в пещеру, сковывая льдом сердце Аминты. Бурекрылые! Слова циклопа испугали её. Но больше девочку пугало бездействие лаконийца. Он не ревел в ярости, проклиная беглецов, и не пытался их догнать. Он боялся. Боялся тех существ, что так страшно выли за тонкой парусиновой перегородкой. Аминта ждала, что циклоп выместит злость на оставшихся пленниках. Но он, будто бы, выдохся. Гигант оттащил человека с раненной ногой снова к каменной стене и связал. А потом обессиленно свалился у огня и вскоре захрапел. Сон его был тревожный. Циклоп вздрагивал и стонал.
Время от времени Аминта тоже проваливалась в сон. Усталость обволакивала, убаюкивала девочку. Но сны были страшны и слишком похожи на реальность. Чёрные тени с дырами вместо глаз на клубящихся крыльях тянули к ней свои когтистые лапы и выли так, что душа сжималась в комок. И не было спасения. Девочка просыпалась и снова слышала этот ужасный вой, но уже наяву. Кто это? О ком говорил циклоп? Говорил и боялся. Что может страшить этого безумного людоеда?
Близнецы тоже спали. Аминта с жалостью посмотрела на них. Понимают ли эти дети, что происходит? Видят ли, что взрослые опять бросили их. Близнецов подобрали в порту полгода назад. Дети пытались отбирать еду у собак. Когда их привели в приют Тантал их сразу взял под свою опеку. Фива называла воспитателя папой, а Кир молчал. За эти полгода, что Аминта их знала, мальчишка не произнёс ни слова, но это не мешало ему любить папу Тантала.
Мужчина у стены сопел и ёрзал, пытаясь развязать верёвки. Он тихо ругался и проклинал богов, забросивших его на этот остров. И тут полог откинулся и в пещеру шагнул человек. Аминта не сразу поняла кто это. Чёрный силуэт на фоне светлеющего неба. Он казался героем из сказок.
- Папа! – закричала Фива. – Папа вернулся!
Папа Тантал стоял, пошатываясь, у входа в пещеру. Он был весь в крови. На груди туника обвисла лоскутом и была похожа кусок окровавленной кожи. Тантал, тяжело ступая, шагнул вперёд.
Циклоп очнулся и в одно мгновение оказался на ногах. Аминта ужаснулась, с какой скоростью может двигаться этот гигант. В руке циклоп держал секиру, он медленно двинулся на Тантала. Но тот не испугался и не отступил, а напротив - шагнул навстречу. Аминта затаила дыхание. Её воспитатель ростом едва достигал груди гиганта, а смелостью никогда не отличался. А сейчас, как настоящий герой, не убоявшись, идёт против чудовища. Циклоп тоже почувствовал что-то. Он замедлил шаг.
- Гарпии! – вдруг закричал папа Тантал и его крик разнёсся по пещере, приумножаясь эхом от низких сводов.
Циклоп остановился и выронил секиру. Крик Тантала носился по пещере, подобно тем самым гарпиям.
- Порождения ночи! – кричал Тантал. – Твари, рассекающие тьму своими крыльями!
Гигант отступил и, споткнувшись, завалился на спину.
- Их вой вырывает душу и уносит её прямиком в Аид.
Циклоп застонал, обхватив голову руками, и засучил ногами по камням. Аминта задохнулась. Да, папа всегда красочно рассказывал истории, но, чтобы так, без оружия, поразить гиганта! А Тантал тем временем продолжал кричать. Его голос наливался силой, и эхо многократно повторяло его слова. Описывая крылатых чудовищ, папа присел и нащупал большой камень. Затем, размахнувшись, опустил его на голову циклопа. Аминта вздрогнула. Голос папы мгновенно утих, лишь гулкое эхо от удара ещё отражалось от стен. Тантал ударил ещё пару раз и, отбросив окровавленный камень, обессиленно опустился на землю. Его трясло. Опомнившись, папа пополз к детям.
- Простите меня, что я оставил вас, – дрожащим голосом говорил он. – Я трус…. Я вернулся… я вернулся.
- Тантал! – воскликнул связанный мужчина. – Клянусь богами, тебя я меньше всего ожидал увидеть.
- Папа, ты герой, – восхищённо сказала Аминта. – Ты как Одиссей. Хитрец, обманувший богов. Как ловко ты придумал про гарпий.
Папа сел на землю.
- Я не придумал, – хриплым голосом ответил Тантал, пряча глаза, и по спине девочки пробежал холодок. – Они спустились сверху, воем разрывая воздух. Крылья, когти… они хватали людей, поднимали вверх и бросали на камни. Хвала богам, я вырвался.
- Какие гарпии? Что ты несёшь? – воскликнул хромой. – Где остальные?
- Я не знаю… я бежал в темноте, срывался по камням, пока не увидел отблеск костра.
- Папа, ты совсем не испугался.
Тантал горько усмехнулся.
- Милая Аминта. Я очень испугался. Но я видел, как дрожит этот спартанец от зевсовых раскатов… и воя. Он давно живёт на этом проклятой земле и её порождения стали его страхами. Я решил попробовать напугать его, и… получилось.
Папа пошарил в полумраке и принёс секиру циклопа. Осторожно перерезал верёвки, связывающие Аминту, и направился к близнецам. Секира была тяжёлая, и Тантал тяжело дышал, разрезая путы. Наконец близнецы были освобождены и бросились обнимать папу.
- Меня! Меня тоже развяжи, – волновался мужчина, и Тантал двинулся к нему.
- Что будем дальше делать? – спросила Аминта, растирая затёкшие ноги.
- Здесь нельзя оставаться, – задумчиво проговорил папа Тантал, разрезая последние верёвки. – Спартанец прикармливал гарпий недалеко от пещеры и как бы они не наведались снова.
У Аминты забилось сердце. Её мечты о приключениях и подвигах сбываются. Гнев богов, буря, пещера с циклопом, а теперь гарпии. Настоящие гарпии! Эту историю можно будет рассказывать детям наравне с историями об Одиссее. Многие погибли. Но… какой поход без жертв?
Тантал, с опаской поглядывая на распростёртое тело гиганта, подошёл к валуну, на котором циклоп разделывал кормчего и, вздохнув, бросил секиру на пол.
- Зачем? - спросил хромой и усмехнулся. – Возьмём её с собой. Вдруг гарпии налетят.
- Она тяжела, – сказал Тантал, будто бы не заметив кислой улыбки хромого. – И я не умею ей управляться. А ты?
- Нет, - мужчина покачал головой.
- Я нашёл пещеру. Там, ближе к берегу. Мы можем в ней скрыться. - Папа помолчал. – Вы готовы, дети.
- Да, – хрипло ответил за детей мужчина. – Давай скорей покинем это проклятое место. Клянусь, я думал, он меня следующим сожрёт.
Тантал загрёб ногой земли на угли потухающего костра и в наступившей темноте они выбрались наружу.