Эта книга как нельзя более актуальна. Рост экспорта российского природного газа в Германию и другие страны Европы, стремление европейцев к «углеродной нейтральности», неясная судьба Северного потока – 2 под давлением трамповских санкций, новый газопровод между Россией и Китаем – всё это говорит в пользу того, что обязательно стоит ознакомиться с книгой профессора Джорджтаунского университета Тейна Густафсона.
Густафсон приводит анализ того, как энергетическая политика и геополитика влияли на российско-европейские отношения с тех пор, как в конце 60-х СССР начал поставлять газ в западную Европу.
Открытие «газового моста» между Россией и западной Европой в условиях железного занавеса стало сложным процессом, в котором ключевую роль играла австрийская энергетическая госкомпания OMV, основанная ещё в нацистские времена после аншлюса.
Основная причина сотрудничества в области энергетики заключалась в том, что России требовались деньги и техника (особенно стальные трубы и компрессоры) для развития обширных газовых месторождений Сибири. А газовые рынки, которые могли обеспечить поставку необходимого, находились в западной Европе.
В то же время стоимость газа была подобием гостайны, примерно как при советско-финской двусторонней торговле, когда цена энергоносителей была непрозрачна.
Густафсон рассматривает страну за страной: как и почему ключевые западноевропейские страны выбирали направление своей энергетической политики. Почему Франция пришла к атомной энергетике, а Германия двигалась ощупью во всех направлениях сразу?
Так, бум атомного строительства во Франции пришёлся на весну 1974, когда президент Жорж Помпиду практически со смертного одра решил строить крупную АЭС на 13 000 мегаватт.
А что же Украина? Российский экспорт газа в западную Европу через Украину уже упал с 80% до 40%, и транзит неуклонно уменьшается.
«В то же время Украина развивает собственное газовое хозяйство. Скоро Украина перестанет нуждаться в российском газе, а Россия – в украинских газопроводах. В скором времени газ перестанет играть роль в российско-украинских отношениях», - пишет Густафсон.