В 1980 году в городе Краматорск был сдан в эксплуатацию новый, только что построенный, жилой девятиэтажный дом №7 на улице Гвардейцев-Контимировцев. Эта была самая обычная и типичная панельная многоэтажка, которых в СССР было построено бесчисленное количество.
В одну из квартир дома №7 заселилась семья из трёх человек (мать, дочь 18-ти лет и сын 16-ти лет). Восемнадцатилетняя девушка, проживающая в одной из комнат, имела хорошее здоровье, она занималась спортом и имела прекрасное здоровье. Но после заселения в квартиру, ей с каждым днем ее состояние здоровья становилось всё хуже и хуже.
Через год после заселения молодая девушка скончалась от рака крови. Врачи диагностировали лейкоз (рак крови), а причинами назвали плохую наследственность. Никто не мог внятно объяснить причины такого скоропостижного ухудшения здоровья. Мать и брат не могли в это поверить и продолжали жить в той же квартире, скорбя о своей дочери и сестре.
Вскоре, мать и сын тоже почувствовали себя плохо и начали болеть. В конечном итоге, они скончались от того же рака крови. Никто так и не узнал о истинных причинах смерти. Квартира так и пустовала до конца 80-х, пока в неё не заехала молодая семья.
Подросток, который заселился в детскую заболел и умер, примерно, через год. Глава семейства, который тоже был болен не мог в это поверить, он не считал случай простым, он пытался найти хоть какие-то причины смерти его ребенка.
Глава семейства всё-таки смог чего-нибудь добиться от властей, и ему пригласили специалиста из гражданской обороны с военным дозиметром. Скорее всего, получение возможности пригласить специалиста была потому, что несколько лет назад был "Чернобыль" и отношение СССР к радиации и подобным явлениям было как никогда заострено.
Специалист из гражданской обороны уже возле подъезда зафиксировал уровень радиации до 200 микрорентген в час, что является 10-ти кратным превышением нормы, удивленный такими цифрами, он зашел в подъезд. Подъезд, к удивлению, "не фонил", но вот подойдя к злополучной квартире снова зафиксировал значительное повышение радиации.
Зайдя в квартиру специалист зафиксировал почти 25 миллирентген в час, это превышало в норму в несколько сот раз. Но подойдя к стене детской комнаты, в метре от пола, на настенном ковре уже виднелось выгоревшее пятно. В этом месте прибор фиксировал аж 200 рентген в час. Задрав ковер, специалист обнаружил и выгоревшие обои.
Было решено извлечь опасную находку, весь дом временно расселили, а во время работ использовали экранизирующие свинцовые пластины, которыми обставили почти всю комнату и другое противорадиационное снаряжение.
Вырезанный кусок стены отправили в лабораторию в Киевский институт ядерных исследований, где внутри крупного куска стены была обнаружена стальная ампула с Цезием-137 внутри размером 4 мм на 8 мм. По заводскому номеру на этой ампуле удалось установить владельца и всю историю ампулы и её содержимого.
Когда-то, в конце 70-х годов, в Каранском карьере по добыче гравия и щебня, который находился в Донецкой области, была потеряна эта ампула, использовавшаяся в радиоизотопном уровнемере. Тогда поиски ампулы ни к чему не привели. Часть щебня предназначалось для строительства олимпийских объектов в Москве к летней Олимпиаде 1980 года. После чего новость дошла и до Брежнева, после чего поставки щебня в Москву были прекращены почти сразу.
Ампула с Цезием-137, видимо случайно, попала внутрь бетонных панелей вместе с щебнем на местном домостроительном комбинате. После чего эти панели были использованы при строительстве многоквартирного дома. После того, как был извлечен кусок стены радиационный фон в жилом доме снова нормализовался.
В результате, было проведено расследование, которое показало, что в течении 9 лет воздействия Цезия-137, находящегося внутри стены жилого дома, погибло 4 ребенка, 2 взрослых и еще 17 человек были признаны инвалидами.