Известно ли вам, что двух этих титанов искусства связывали весьма непростые отношения?
* * * В 1895 году в семье графа Льва Толстого произошло трагическое событие: от скарлатины умер шестилетний сын Иван. Софье Андреевне (жене писателя), очень тяжело переживавшей эту утрату, помогали справиться с этой трудной жизненной ситуацией беседы и музыка Сергея Танеева.
Сергей Иванович Танеев был образованным человеком, кругозор которого был очень широк. Он разбирался в философии, естествознании, истории и математике. И конечно, великий русский писатель Толстой, восхищался эрудицией композитора, восклицая: «это редкий человек с которым о чём не говори, он всё знает!».
Танеев, часто навещая писателя в Ясной Поляне, любил играть с ним в шахматы на произведение: если проигрывал композитор, то он играл на рояле, а если терпел поражение литератор - то читал своё сочинение.
Сергей Иванович был настолько целеустремлённым человеком, что даже овладел международным искусственным языком эсперанто. Он вёл на нём личный дневник, а также сочинял романсы (к большому сожалению, ноты этих произведений утеряны).
Тесное дружеское общение Софьи Андреевны с композитором привело к тому, что Лев Николаевич стал ревновать свою жену. Об этом можно прочитать в письмах Льва Николаевича с пометкой «читай одна!», большое исследование провёл Павел Басинский в книге «Лев Толстой: Бегство из рая».
Злые языки утверждают, что и в «Крейцеровой сонате» и даже в «Анне Карениной» есть общий лейтмотив ревности Толстого к Танееву.
Но спешу развеять слухи – выход в свет повести «Крейцерова соната» состоялся в 1890-м году, а первого книжного издания «Анны Карениной» вообще в 1878-м, задолго до сближения Софьи Андреевны и Сергея Ивановича.
Я, вопреки слухам, хочу поговорить об интересной дружбе двух гениев. И об общих интересах.
* * * Лев Толстой освоил велосипед в 67 лет. Он увлекся им с весны 1895 года. Вскоре он уже свободно ездил не только по московским улицам, но и совершал велосипедные поездки из Москвы и Ясной Поляны в Тулу. В дневнике Толстого, письмах и воспоминаниях о велосипедном увлечении упоминается часто. Писательница Лидия Веселитская вспоминала, что в мае 1895 года во дворе Хамовнического дома она увидела Толстого, который «делал круги на велосипеде. Он уже лихо летал и с увлечением предавался новому спорту».
В дневнике Толстого от 25 апреля 1895 года читаем: «Начал учиться в Манеже ездить на велосипеде. Очень странно, зачем меня тянет делать это. Все отговаривают меня и огорчаются, что я езжу, а мне не совестно. Напротив, чувствую, что тут есть естественное юродство, да и просто безгрешно, ребячески веселит".
Софья Андреевна этого занятия мужа тоже не одобряла, в письмах сыну Льву находим: «Теперь он здоров, все на велосипеде ездит и очень меня этим смущает, все говорят, что вредно. Тут доктор ежедневно, следит за папА, но не имеет на него никакого влияния. Насилу-то я могла добиться, чтоб папа принял хинин. Еще было осложнение, он ударился о велосипед ногой, ниже колена, опять на прежнем месте…»
В отличие от многих друзей и знакомых Толстого, посторонние были в восторге. Московский кружок велосипедной езды принял классика с распростертыми объятьями, появилась даже статья «Граф Л.Н. Толстой и его первые уроки езды на велосипеде».
* * * Сергей Иванович Танеев никогда не был женат, в Москве его хозяйство вела старая няня. По свидетельству современников он был несколько мешковат и неуклюж, имел близорукие и немного раскосые глаза. Поэтому частенько спотыкался и опасался ходить вечером без спутника. Много курил, страдал одышкой, а когда решил бросить, потянулся к физической работе, прогулкам и спорту.
Лев Николаевич увлёк Сергея Ивановича тренировками езды на велосипеде в Манеже в 1895 году. Вскоре у Танеева появился собственный велосипед марки «Свифт», на котором он с большим увлечением катался в городе и в сельской местности, когда гостил летом у знакомых. Но езда на велосипеде давалась ему нелегко, случались столкновения и падения, одно из которых привело к серьёзному повреждению ноги. Пришлось прекратить езду, но любовь к ней осталась на всю жизнь.
Композитор Кочетов засвидетельствовал, что как-то, наблюдая со светлой грустью в глазах за проезжавшим мимо велосипедистом, Сергей Иванович сказал: «Вы знаете, Николай, я думаю, что даже переживания новобрачных в день свадьбы не могут сравниться с теми ощущениями, которые переживает велосипедист».
Думаю, было бы весьма любопытно посмотреть и послушать, как спорили два умнейших человека, катаясь на велосипеде или играя в шахматы. Каждому из нас бы такого визави.
Яна Тарасова, Радио России - Владимир