Дунька была не только красивая, но и умная кошка. Если она хотела на «горшок», а двёрь в туалет была закрыта, то ловила за ноги всех мимо проходящих. Она мягко хватала лапами за ногу и висла на ней.
Если никого в прихожей не было, шла туда, где кто-нибудь был. Там она тоже цеплялась за ноги и все знали, что она просит открыть дверь в уединённый кабинет.
Я любила там читать. Вначале папа боролся с этим, выключая свет. Позже понял бесполезность этого, я стала брать фонарик, и перестал.
Кто научил Дуньку пользоваться унитазом, я не знаю, никто не признался. Папа шутил, что если бы ещё она воду сливала…
Брат, недолго думая, удлинил шнур, и Дунька стала сливать воду. Одно это можно считать доказательством её ума.
Ещё Дунька у нас была миротворцем. Если вдруг кого-нибудь ругали, в семье всякое бывает, то Дунька начинала рычать и бросаться кусать за ноги того, кто ругает. При условии, что голос повышали двое, кусала обоих. Кусала не больно, просто прихватывала кожу зубами, но это было настолько уморительно, что разборка переходила в конструктивный диалог.
Все двери в комнаты наша кошка открывала на раз. Запрыгивала на ручку и под её весом, ручка опускалась, защёлка сдвигалась, а дверь открывалась.
На семейные советы мы собирались в комнате родителей и всегда оставляли для неё стул, так называемый Дунькин стул. Он был из чешского гарнитура с мягкими сиденьем и спинкой. На него был одет специально сшитый чехол из обивочной ткани. Для Дуни в каждой комнате была подушка. В этой комнате подушка лежала на её стуле.
Стоило нам собраться поговорить, в течение пяти минут появлялась Дуня, то есть вся семья была в сборе.
Однажды мы с сестрой провели эксперимент. Мы пошли в детскую комнату, сели подальше от двери и стали шептаться, якобы обсуждая что-то секретное. Пяти минут не прошло, как мы заметили ползущую Дуньку. Она пыталась скрытно подобраться к нам и послушать о чём мы говорим, но торчащий от возбуждения хвост её выдавал.
Она была очень любопытна. Сидела и слушала телефонные разговоры. Обязательно присутствовала там, где хотя бы два человека разговаривали. Забавно было наблюдать, как она разрывается от желания везде успеть, если диалогов было несколько, одновременно в разных местах.
На мордочке у Дуни над и под глазами были чёрные полоски похожие на стрелки, которые наводят девушки на веки. Эти полоски придавали мордочке Дуни узкоглазый вид, и мы за её желание везде сунуть нос прозвали её шпионом, точнее китайским шпионом.