- Парень, уходи, - усталости в голосе было все больше и больше с каждой секундой. Как будто этому мужчине было тяжело говорить из-за застрявшей кости в горле.
- Я хочу к маме! - из-за спины выкрикнула девушка, на что мужчина оживился и попытался сделать шаг вперед. Неприятный момент, что уже должен был привести к драке.
Но не привел. Мужчина будто ударился в стеклянную стену, остановился, сделал шаг назад и махнул рукой. Девушка радостно набрала номер квартиры, которая по простым расчетам была на третьем этаже.
Нет, не педофил. Нет, не насильник. Закурили как-то синхронно, как-то в сторону, даже не друг другу обронили по паре фраз. Отец родной этой девочки. А на третьем этаже, в двухкомнатной квартире, опять же вспоминая планировки, мать.
- Такую чушь ты сотворил, парень, - в голосе мужчины уже прозвучала горечь. Примерно такая, после которой хочется нахмуриться, хлопнуть стакан янтарной на два пальца, вместе помолчать обо всем и ни о чем, да закурить еще одну.
Это потом, спустя несколько месяцев, выяснилось, что было не так тогда. Да и не надо было бы выяснять, не попадись эта девочка весной снова на глаза. Не узнала, да и вряд ли бы получилось пообщаться - по сути, было не о чем. Но узнать судьбу захотелось. Это было потом.
А в тот вечер девочка спустилась вниз через десять минут, мило, искренне улыбнулась и подарила шоколадного деда Мороза. Она очень тепло сказала слово, от которого так часто раньше было больно: "Спасибо". К сожалению или счастью, но тогда это все стало поворотной точкой.
И не надо было искать информацию дальше. Не стоило сквозь годы проносить историю этой семьи. Стоило просто съесть шоколадного деда Мороза и забыть. Но он лежал до 2015 года. Наверное, потом мама выбросила, когда уехал в Северную Пальмиру. Или до сих пор лежит, ждет того, что никогда не случится.
Девушка села во внедорожник отца. Отец докурил, покачал головой и тихо сказал в тишину зимнего вечера:
- Может, и надо было. Только не так.
И уехали. Стоило бы позвонить в ту квартиру. Но вместо этого полчаса курил замерзший на усохших, уменьшившихся с детства качелях.
